– Может быть, я решила, что настало время перемен. – Она заговорила сладким, урезонивающим тоном: – Мы можем либо стоять в стороне и равнодушно наблюдать за схваткой, либо вступить в нее и сделать выбор.
– Мне кажется, Геката, что не кто иной, как я, говорил об этом много раз за последнюю тысячу лет, – прорычал Агамемнон, – но ты не могла этого слышать, потому что тебя не было с нами.
– Но теперь союзнические связи изменились. Вы, титаны и неокимеки, обратились против мыслящих машин, так же как и люди. Так почему не вступить в союз с Лигой Благородных, дорогой Агамемнон? Это могло бы стать для тебя большим преимуществом.
– Союз с хретгирами? Ты сошла с ума?
– Мне не нравится, куда она клонит, – заявила Юнона.
Геката издала звук, отдаленно напоминающий смех.
– Хотя бы один раз в жизни попробуй подумать как настоящий генерал. У тебя и у людей один общий заклятый враг, который слишком силен, чтобы вы справились с ним поодиночке. Но объединившись, кимеки и хретгиры смогли бы раз и навсегда уничтожить все воплощения всемирного разума. – Механические руки дракона дрогнули. – После этого можете уничтожать друг друга. Если это доставляет вам удовольствие.
Юнона грубо фыркнула, а Агамемнон ответил прямым отказом:
– Мы не нуждаемся в твоем участии в нашей борьбе, Геката… не нужны нам и люди. То, о чем ты просишь, придаст законность существованию моего дерзкого сына Вориана. Здесь, на Бела Тегез, у меня множество верных мне неокимеков, и население предлагает нам все новых добровольцев, нужных нам для их превращения в кимеков. Ты вне игры, Геката. Слишком многое произошло с тех пор, как ты покинула нас.
– Теперь я начинаю это понимать, – сказала Геката, имитируя тяжкий вздох. – За время, что меня не было с вами, генерал Агамемнон превратился в невыносимого упрямого зануду, а оставшиеся в живых два титана слепо следуют за ним, не имея ни единой оригинальной мысли в своих окаменевших мозгах. – Повернув свою сегментированную голову, она направилась к своему кораблю. – Без Тлалока вы так и не научились видеть перспективы.
Генерал кимеков возвысил голос и закричал ей вслед:
– Я решил основать мою собственную империю, и люди нужны мне только как источник, как сырье для создания новых кимеков! Я восстановлю эпоху титанов. У людей Лиги свои намерения. Они обратятся против меня, как только перестанет существовать Омниус.
– Но только потому, что ты это заслужил, – ответила Геката, забираясь в свой шаттл, чтобы лететь на астероид, зависший на внешней дальней орбите над Бела Тегез. – Кажется, мне придется воевать на свой манер, на свой страх и риск, независимо от того, как ко мне отнесутся мои товарищи-титаны. Ты не смог увидеть все возможности, Агамемнон, но это не помешает мне выполнить мою миссию.
Она закрыла дверь и взлетела в воздух, мгновенно оставив далеко внизу изуродованную атомным взрывом поверхность Бела Тегез.
Теперь Геката сделает нечто такое, что сразу заметят все.
Во время войны нас часто просят дать больше, чем у нас есть.
Серена Батлер. Митинги в Зимин
Шел тридцать седьмой год Джихада Серены Батлер. Аврелий Венпорт потратил три недели на путешествие с Кольгара до Салусы Секундус, воспользовавшись обычным пассажирским судном. Обладая огромным – в сотню свертывающих пространство и время кораблей – торговым флотом, Венпорт предпочитал не летать на этих непомерно рискованных аппаратах. Тише едешь, дальше будешь. Сам Аврелий летал на старых проверенных кораблях и не испытывал ни малейшего желания совершать сверхскоростные перелеты.
Сначала он отправился на Россак, откуда отбыл на Салусу рейсовым кораблем, стартовавшим с орбитального космопорта. Каждый перелет казался страшно утомительным и невыносимо медленным.
Выйдя из корабля в жару салусанского лета, Венпорт какое-то время приходил в себя, привыкая к погоде новой планеты. Деловые интересы – заставляли его часто путешествовать по просторам Лиги. Были у него предприятия и на нескольких несоюзных планетах. Бывало так, что в одном месте наступала весна, в следующем царил сильный мороз, а в третьем уже пылало знойное лето.
В Зимии было удивительно жарко, от зноя пожухла листва, и окрестные холмы казались золотисто-бурыми. Ожидая машину корпорации, которая должна была доставить его в местное отделение «Вен-Ки», Венпорт мучился от жары, то и дело вытирая обильно струившийся по лицу пот. Он не ожидал, что личный водитель позволит себе опоздание.
Каково же было удивление Аврелия, когда к нему подкатил длинный черный государственный лимузин. Открылась задняя дверь, и Венпорт увидел, что в машине сидит Серена Батлер, храня на лице бесстрастное выражение.
– Вы поедете со мной, директор Венпорт. Мы задержали выезд вашей машины, и я решила сама встретить вас, чтобы по дороге обсудить некоторые вопросы.
По спине Венпорта пробежал холодок от неприятного предчувствия.