– Вориан Атрейдес, это не можешь быть ты. Ты не постарел ни на один день за прошедшие десять лет.
Широко улыбаясь, он вошел в пустой зал.
– Память о тебе сохраняет мне молодость. – Озорно смеясь, он подошел ближе и увидел, что она-то сама стала выглядеть на десять лет старше. Лицо ее стало более зрелым, черты его резче, а вьющиеся волосы – длиннее, но для него не было на свете более красивой и желанной женщины.
Лероника обошла стойку и кинулась в его объятия. Они не заметили, как прижались друг к другу и слились в долгом страстном поцелуе. Смеясь, они смотрели друг другу в глаза, не в силах насытиться зрелищем друг друга. Наконец Вориан немного успокоил дыхание и отступил назад, продолжая держать Леронику за плечи вытянутыми руками. Не веря тому, что видит, он покачал головой, но широко открытые темно-ореховые глаза Лероники действительно смотрели на него из полумрака.
– Вы все-таки потратили свое драгоценное время, чтобы приехать, сударь. Десять долгих лет!
Внезапно он снова потерял уверенность.
– Ты не ждала меня, да? Впрочем, я не надеялся, что ты будешь сидеть одна и смотреть в небо в ожидании моего возвращения.
Он не хотел быть причиной такой беды.
Она шаловливо рассмеялась, мило сморщив носик, и игриво шлепнула Вориана по плечу.
– Ты думаешь, я не могла придумать ничего получше? Могла, и еще как. Я очень хорошо жила, спасибо тебе большое. – Она снова улыбнулась ему. – Это не значит, что я не скучала по тебе. Я бывала страшно рада каждому твоему письму, каждому подарку.
– Значит, у тебя есть муж, семья? – Он целомудренно отошел на почтительное расстояние, убеждая себя, что хочет знать ответ. – Я приехал, не чтобы вмешаться в твою жизнь и испортить ее.
Он пододвинул к себе стул и сел.
Лицо женщины омрачилось.
– Я вдова. Мой муж погиб.
– Прости. Ты не хочешь поговорить со мной? За кружкой пива.
– Для рассказа потребуется куда больше одной кружки.
Он по-мальчишески улыбнулся, понимая, каким молодым должен был ей казаться.
– Я никуда не спешу.
Они обменялись своими историями, рассказав их по очереди. Он внимательно слушал все откровения Лероники. У нее два сына – два близнеца. Она была замужем за рыбаком восемь лет, но его убило какое-то странное морское чудовище. Уже больше года она вдова.
– Я хочу увидеть мальчиков, – сказал он. – Бьюсь об заклад, они отличные ребята.
Она странно взглянула на Вориана.
– Такие же, как их отец.
Он пробыл на Каладане несколько недель, находя все новые и новые обоснования для своей задержки, настаивая на необходимости своего присутствия на станции слежения. Но дни летели быстро. Он познакомился с Эстесом и Кагином, сразу заметив, что мальчики очень похожи на него самого. Близнецам было по девять лет, и Вориан без труда посчитал, когда они появились на свет. Он решил, что Лероника все расскажет ему сама. Когда и если сочтет нужным.
Пусть даже он и является настоящим отцом этих детей, он не принимал никакого участия в их воспитании. Если Калем Вазз действительно был таким хорошим и добрым человеком, как говорила Лероника, то пусть память мальчиков останется незамутненной. Да и мать их, видимо, пришла к такому же выводу.
Они проводили вместе очень много времени, постепенно снова открывая для себя старую дружбу. Лероника не предлагала возобновить их роман – она не отталкивала Вориана, но и не приглашала его снова стать ее возлюбленным. Он был склонен думать, что она до сих пор любит Калема и сохраняет верность его памяти. Она свыклась с ролью вдовы, хотя и погрузилась в свое горе.
Вориан слушал ее рассказы о Калеме, об их жизни на Каладане. Через несколько дней она вздохнула и сказала, грустно улыбаясь:
– Все эти истории, должно быть, невероятно скучны для героя джихада.
– Эти истории говорят о мирной жизни, об убежище от всех ужасов, которых я насмотрелся на всю оставшуюся жизнь.
Он, как ни старался, не мог стереть в своей памяти убийства населений целых колоний, ужасные битвы, вид убитых людей и искореженных роботов.
Она прижалась к нему, ощущая тепло и надежность его большого сильного тела.
– Это в природе человека – стремиться к тому, чего у него сейчас нет. – Она погладила его по щеке, и Вориан, взяв ее руку, прижался к ней лицом. – А теперь расскажи мне обо всех экзотических местах, где ты побывал за это время. Ты прислал мне посылку с драгоценными камнями, но я предпочитаю картины, которые ты рисуешь словами. Унеси меня своими рассказами на чудесные далекие планеты.
Вориан уже совершенно уверил себя в том, что готов разделить свою жизнь с этой женщиной, которая сумела пленить его сердце. Он отдал десятилетия джихаду Серены – разве он не заслужил отдых? Разве нельзя перестать воевать хотя бы на короткое время? Сейчас, глядя на Леронику, он понимал, чего она ждет от него на самом деле.
– У меня в распоряжении все время мира, и я не против провести пятьдесят лет с тобой… если это нужно тебе.
Но она в ответ рассмеялась ему в лицо.
– Вориан, Вориан, ты никогда не будешь счастлив здесь, на Каладане. Это слишком убогое место для такого человека, как ты.
