Внизу, в песках, дзенсуннитские караванщики остановились на безопасном расстоянии от гремящего потока падающих камней. Прежде чем сборщики успели понять, что произошло, их окружили Джафар и его люди. В руке Джафара был пистолет с раструбом. Другие сторонники Селима были вооружены копьями, луками и даже пращами, которые, впрочем, в руках умелых бойцов были смертоносным оружием.
Дзенсунниты были деморализованы страхом. Вероятно, где-то среди мешков со специей было спрятано их собственное оружие, но люди Джафара напали так внезапно, что не дали караванщикам им воспользоваться.
– Тот, кто осмеливается красть у Шай-Хулуда, должен быть готов отвечать за последствия, – наставительно произнес Селим.
– Бандиты! – выкрикнула одна из женщин, словно проклятие.
Молоденький юноша, почти подросток, смотрел на отверженных во все глаза, еще не окончательно посиневшие от постоянного употребления специи.
– Это же Селим Укротитель Червей!
– Да, я – Селим, говорящий от имени Шай-Хулуда. Меня посетило видение от Буддаллаха, и истина его неопровержима. Стыд и позор всем вам, навлекающим на червей смерть и гибель на Арракис.
Он смотрел на искаженные страхом и злобой лица, вглядывался в темные глаза и, наконец, понял, что наиба Дхартхи среди них нет. Как и говорила Марха, седой старый вождь не снисходил больше до выходов в открытую пустыню вместе с утомленными сборщиками. Сейчас он больше якшался с чужеземными торговцами.
Отверженные начали осматривать отсеки тележек, вытаскивать оттуда мешки с рыжей специей, передавая по цепочке и унося в скалы.
Молниеносным, как у пустынного зайца, движением Марха подскочила к одной из возбужденных страхом женщин, все тело и руки которой были покрыты коричневатой меланжевой пылью. Усмехнувшись, Марха сорвала проволочную нитку с шеи женщины, звенящую цепочку из меланжевых жетонов.
– Ты еще не замужем, Хиерта? Что ж, тебе придется смириться с судьбой высохшей старой девы. – С этими словами она сунула жетоны в карман своего конденсирующего костюма и посмотрела на Селима с веселым триумфом.
Хиерта вспыхнула от ярости.
– Марха? Предательница! Мы надеялись, что ты сдохла в песках, но ты подпала под влияние этого демона пустыни, этого свихнувшегося безумца!
– Свихнувшегося? – переспросила Марха. – Нет, просветленного.
Теперь заговорил сам Селим:
– Продажа специи чужеземцам приведет к гибели нашей планеты. Великие черви вымрут, а вместе с ними погибнет и наш уклад жизни. – Заслонив собой Марху, он скрестил руки на груди. – Теперь же моя священная задача – вернуть то, что вы похитили у Шай-Хулуда.
Он извлек из ножен свой молочно-белый кристаллический кинжал и вспорол мешок с меланжем. Оттуда, как сухая кровь, полился поток сухого меланжевого порошка. Со склона горы продолжали скатываться последние мелкие камни, завершающие грандиозный обвал.
– Мы все закончили, Селим, – сказал Джафар, когда его люди перехватили всех пытавшихся бежать и отнесли все мешки со специей на поле, покрытое большими валунами.
Они не стали убивать собирателей специи, они даже не стали отнимать у них воду и не забрали тележки. Имущество ничего не значило в глазах Селима. Пустыня прокормит.
– Запомните то, что сейчас узнали! – прогремел он. – Сколько раз я должен преподавать вам один и тот же урок?
Затем, следуя за Мархой, стражи пустыни поднялись в изрезанные бурями скалы и исчезли из виду…
Пока остальные сборщики каравана стенали и громко жаловались на судьбу, только один юноша с изумлением молча взирал на них. Некоторые из его товарищей размахивали высоко поднятыми кулаками и испускали громкие проклятия вслед ушедшим отверженным.
Но этот молодой человек по имени Азиз не мог подавить довольной улыбки. Он никак не мог ожидать, что сегодня ему доведется собственными глазами увидеть Укротителя Червей! И этот великий человек смотрел прямо на него.
Будучи внуком наиба Дхартхи, Азиз слышал о деяниях Селима, хотя дзенсунниты рисовали его, этого предводителя шайки разбойников, отъявленным злодеем. Но Селим и его люди умели ездить верхом на червях! И они никому не причиняли вреда. Что бы ни говорил дед, Азиз все равно был уверен, что это храбрые и великолепные люди, воистину благословенные Буддаллахом.
Втайне Азиз очень хотел узнать о них побольше.
