Оказывается, что иметь в знакомых лояльно настроенного к тебе старосту школы, открывает множество удобств и преимуществ. Например, через пару минут я уже знал пароль на этот год от нашей гостиной и если бы захотел, то и другие бы вызнал. Саманта от нас совершенно ничего не скрывала и охотно делилась информацией о запланированных мероприятиях, которые будут происходить в этом учебном году. Правда она не знала о Турнире Трёх Волшебников, но о том, что зимой будет Рождественский Бал, выложила без утайки.
Ни разу не пожалел, что помог ей весной. Саманта хорошая девушка, открытая и вся какая-то светлая и чистая. Образцовая светлая волшебница, глядя на которую возникает то ощущение чудесной сказки, где действительно существуют благородные единороги и добрые феи... Но и как контраст она сразу вызывает чувство, что и зло может быть в такой сказке подстать и очень неприглядным. Хлебнула неприятностей мисс Хаузер в нашем волшебном мире тоже сполна, по её глазам этот момент очень четко угадывается, и мне совершенно непонятно, как можно обидеть такую девушку. Нужно быть настоящим подонком и конченным ублюдком, что у нас в школе отнюдь не редкость. Но всё равно, Саманта так и осталась хорошей и доброй волшебницей, верящей в людей и в то, что они не причинят ей вреда. Как она с таким мировоззрением до сих пор в Хогвартсе не отхватила неприятностей... То есть о чём это я? Отхватила уже однажды. Только она об этом не помнит ничего, а мадам Помфри обязана молчать из соображений колдомедицинской этики.
В замок мы попали в числе последних и на входе, буквально столкнулись лицом к лицу с колоритным волшебником. Он резко повернулся только заслышав наши шаги, и на нашу троицу уставилось обезображенное лицо, которое ни с кем в волшебном мире магической Великобритании не спутаешь.
Аластор Грюм, он же Грозный Глаз Грюм, он же Шизоглаз, он же Ходячая Гарантированная Жопа. Последний эпитет и яркую характеристику я подслушал у одного из представителей криминалитета Лютного переулка, когда там шарился с месяц назад.
В реальности Грюм выглядел ещё более отталкивающе и страшно, чем на колдографиях. Немного грузная фигура, закутанная в чёрный дорожный плащ и опирающаяся на узловатый посох, спутанные тёмные волосы с проседью, ну и самое примечательное - это, конечно, его лицо.... Если эту котлету можно так назвать... Не то, что обезображенное, а буквально изъеденное глубокими шрамами и пегими, разноцветными ожогами, лицо этого мага пугало и выступало натуральной антирекламой Аврората. После такого зрелища я туда точно ни ногой! Ладно бы шрамы, но если бы они не были такими уродливыми... Такое ощущение, что ноздри ему вырвали клещами при пытках, а рот разорвали до ушей и после не очень ровно сшили. Одного глаза нет и в помине, вместо него магический протез, а второй, маленький, глубоко посаженный и черный смотрел на нас крайне неодобрительно и настороженно.
- Поттер,- утвердительно кивнул он после моего опознания, и затем, ощупав взглядом моих спутниц, жутко ухмыльнувшись спросил: - А это, видимо, мисс Грейнджер и мисс Хаузер, с которой мне придётся плотно контактировать в этом году?
Саманта что-то невразумительно пискнула и поспешила спрятаться за моей спиной, но немного опоздала. Там уже моя девушка ютилась и хмуро рассматривала нашего нового профессора ЗОТИ из-за моего плеча.
- Профессор Грюм,- вежливо кивнул я, продолжая с любопытством его рассматривать.
- Неплохо, неплохо, Поттер... - рассматривая испуганных девушек за моей спиной, одобрительно проскрежетал он своим скрипучим голосом и ещё раз ощерившись на удивление ровными и целыми зубами, заявил: - Ты только учти, на территории магической Великобритании многоженство запрещено законом. И откуда ты знаешь, что я профессор? Дамблдор об этом ещё не заявлял.
- А откуда вы знаете, что рядом со мной мисс Грейнджер и мисс Хаузер? - с еврейским заходом и прищурившись спросил я.
- Правильные вопросы, Поттер, но мы поговорим об этом в другой раз. Сейчас бегите в Большой зал, распределение вот-вот начнется.
Ну хоть это сейчас настоящий Грюм, а не преображённый Крауч-младший. Я это могу заявить со стопроцентной уверенностью. Неужели хотя бы он прислушался к той информации, которую я донёс до него через Тонкс? В его эмоциях я совершенно не чувствовал какого-либо негатива по отношению к себе или к моим спутницам. По ощущениям, Грюм мной заинтересовался, как некой загадкой и подозрительной личностью, а над девчонками просто прикалывался.
- Г-гарри, а-а т-ты н-не знаешь, ч-что он им-мел в-виду? - заикаясь спросила меня Саманта, когда мы пошли дальше по коридору.
- Ты про то, что вам придется тесно контактировать? Или про его предположение многожёнства? - невозмутимо спросил я напуганную девушку.
- Д-да, п-про п-первое... - коротко ответила она, густо покраснела и отвела взгляд.
