Бредя по заснеженной пустоши, охотник за головами случайно становится обладателем страницы из старой книги. Он еще не знает, что эта находка сведет его с группой неприятных личностей и отправит в долгий, удивительный и очень опасный поход. Глубоко под землей машет киркой обычный каторжанин-кобольд. Он безропотно тянет свою лямку, еще не зная, что совсем скоро его судьба круто переменится, и на его плечи ляжет ответственность за судьбу целых народов. На далеком уединенном острове разыскивает мелкого взяточника волшебник-следователь. Он собирается поскорее арестовать его и вернуться домой, еще не зная, что за этим незначительным делом кроется нечто большое и страшное. По просторам великой империи Грандпайр мчится ночной поезд. Он останавливается на крохотном полустанке, подбирая всего одного пассажира – слепого монаха, смиренного служителя богини солнца. И он тоже еще не знает, что ожидает его в скором времени.Одни считают меня монстром. Другие считают меня демоном. Человеком меня не считает никто, хотя у меня человеческий мозг и человеческий разум. Я – яцхен. Искусственно созданное существо с очень запоминающейся внешностью. Люди при виде меня обычно кричат, и это отнюдь не крики восторга. Жизнь яцхена не назовешь легкой и приятной. Конечно, шесть рук удобнее двух, крылья – штука замечательная, да и пуленепробиваемая шкура не раз меня выручала. Но проблемы соответствуют возможностям: не раз и не два я оказывался на грани гибели, не раз и не два восставал буквально из мертвых. Бурная у меня жизнь. Я побывал в сотнях разных миров. Я повидал такое, чего не видел никто. Я гостил у богов и сражался с демонами. И в конце концов я столкнулся с врагом, страшнее которого еще не придумано…Содержание:Криабал. Книги 1-31. Тьма у ворот 2. Свет в глазах 3. Апофеоз Преданья старины глубокой. Книги 1-131. Преданья старины глубокой 2. Былины сего времени 3. Конец сказки Яцхен. Книги 1-4
Ветра не было, но холод стоял такой, что индевели волосы. Летом эта болотистая равнина обращается непролазной хлябью, но сейчас, в самом конце зимы, даже огромные лоси бесстрашно ходят по наледи.
Хотя не так уж их много в этих краях, лосей. Промерзлую пустошь редко тревожат. Изредка только пробежит заяц, пролетит полярная сова или пройдет на лыжах гоблин-охотник.
Но сегодня через пустошь шли нечастые в этих краях люди. Старая торговая дорога давно уже превратилась скорее в тропу, но все еще используется, все еще видит иногда путников. Кое-где даже торчат редкие вешки — зимой они ни к чему, но летом порой спасают кому-то жизнь.
Четверо усталых, продрогших оборванцев не были торговцами. Просто бедная семья, волочащая на санках нехитрый скарб. Второй день уже тащились они по снежной равнине и надеялись к вечеру наконец добраться до стойбища.
Очень бы не помешало успеть к вечеру. До него уж недалеко — час-другой, и начнет темнеть.
Хорошо хоть полярная ночь закончилась еще в ту луну — недолго солнце ползает по небу, а все ползает. Скупо, но освещает землю и даже немного греет.
Совсем немного.
Ишь-Киллаки поежился. Единственный здесь мужчина, он в ответе сразу за трех женщин — брюхатую жену, старую мать и незамужнюю дочь. Тяжко ему.
Но пока что им везло, дорога шла гладко. Ни опасного зверья не встретилось, ни худых людей. А что животы подвело и зубы стучат — это ничего, это перетерпим.
Всю жизнь терпим.
Ишь-Киллаки уже предвкушал горячую еду и теплый очаг, когда впереди показались шесть угрюмых фигур. И сердце сразу упало — так уж было очевидно, что не дорогу они узнать хотят.
Бандиты не стали зря тратить время. Не спросив даже, кто такие, куда едут, что везут, они молча швырнули Ишь-Киллаки на снег, дважды еще и ударив для острастки. Чтоб не вздумал вставать, не вздумал сопротивляться.
Хотя он и не собирался. Ишь-Киллаки не был храбрецом, не был и силачом. Он только надеялся, что дорожные грабители не тронут его женщин. Те сбились в кучу, испуганно прижались к мужу, сыну и отцу.
Бандиты в их сторону и не смотрели. Зло, сердито они потрошили жалкие пожитки. Добыча им досталась небогатая — две дюжины беличьих и куньих шкурок, кадка тюленьей ворвани, тючок мороженого мяса, пара таких же рыбин, несколько изделий из железа-сырца, снизка янтарных бус да кожаные сапоги. То немногое, что добыли да смастерили на зимовье и везли теперь на продажу.
Но, перерыв санки, бандиты обернулись к их хозяевам… бывшим хозяевам. Все так же бесцеремонно, ни слова не говоря, они принялись шарить по карманам. Быстро нашли сморщенный мешочек медяков на поясе Ишь-Киллаки, сорвали дешевое ожерелье с шеи его жены, отняли амулет у старухи-матери.
И в конце концов вожак хрипло велел:
— Раздевайтесь.
— Помилуй, мил-человек!.. — взмолился Ишь-Киллаки. — Бери все, но одежу-то оставь!
— Раздевайтесь, сказал! — повысил голос вожак.
— Да как же раздеваться, холод же собачий! Околеем сразу!
Вожак вздохнул и наотмашь ударил Ишь-Киллаки. Его подельники бросились срывать с бедолаг одежду, начав с жены и дочери.
Пока творилось это непотребство, вокруг никто не глядел. Не до того было. Потому и не заметили, что вдали показалась еще одна фигура — и на сей раз верховая.
Завидев происходящее, всадник чуть сжал колени, понукая коня прибавить шагу. Совсем скоро он был уже рядом — и при виде его матушка Ишь-Киллаки в ужасе возопила:
— Хозяйка Буранов, да за что же нам?! Еще один грабитель!.. Да еще и дармаг!..
— Я не грабитель, — раздался хриплый бас.
— Слава богам!.. А кто тогда?..
— Убийца.
Бандиты прекратили сдирать парку с дочери Ишь-Киллаки и схватились за оружие. Всадник выглядел грозно, но был он один. Одному против шестерых не сдюжить, будь он хоть хирдманном конунга.
К тому же холеный боевой конь и доброе оружие выглядели хорошей добычей.
Только бандитам они не достались. Мектиг Свирепый не был просто случайным путником. Прежде чем бандиты успели хоть замахнуться, он стоптал одного конем и распахал второму голову. Тяжелая боевая секира так и закрутилась в могучих ручищах.
Четверо остальных еще с пару минут отбивались. Один взмахнул мечом, другой выставил копье, третий схватился за самострел. Истошно визжащий гоблин прыгнул на Мектига со спины и попытался всадить нож в бок.
Мектиг перехватил его и крепко сжал, ломая зеленую ручонку. Обухом секиры он тут же шарахнул гоблина по голове и отшвырнул уже труп.
Так же играючи он расправился и еще с двумя. Однако вожак банды оказался орешком покрепче. Ему таки удалось обойти Мектига, уклониться от страшного удара и вонзить меч… всего лишь в коня, не во всадника.
