Кристофер сходил в ванную, побрызгал в глаза холодной водой и, когда вернулся, по его щекам и подбородку катились капли.
– Через час сверим наши списки.
Сара покосилась на него – увидела изможденное лицо, рану на лбу, тени под глазами, но взгляд у журналиста был оживленный, страх за мальчика придавал ему сил.
Кристоферу хватило получаса.
– Я нашел еще три. Итого семь.
– У меня тоже семь, – кивнула Сара. – Сошлось.
Он взял со стола чей-то старый счет за проживание и на обратной стороне выписал названия семи островов и архипелагов, на которых находились американские военные базы:
– Лаборатория могла быть на каком угодно из них, – сказал Кристофер, отложив шариковую ручку.
Сара на всякий случай сверила его названия со своими – все совпало.
– Окинаву можно исключить – ее передали Японии в семьдесят втором.
Кристофер вычеркнул японский остров и прошелся по комнате.
– Какие зацепки у нас еще есть? К острову должны иметь какое-то отношение «Жантикс» и…
– И Фонд Форда, – подхватила Сара. – Если у этих двух контор есть собственность на каком-то из островов, считай, мы нашли то, что искали.
Кристофер с сомнением покачал головой:
– Вряд ли фирма «Жантикс» настолько тесно связана с программой «МК-Ультра». Судя по тому, что нам известно, ЦРУ заключило с ней договор уже после запуска проекта. И не было никаких причин размещать научно-исследовательский центр поблизости от фармацевтического завода, с которым предстояло сотрудничать. Наоборот, руководителям проекта нужно было поменьше привлекать к себе внимание, чувствовать себя в безопасности и регулярно получать заказанные препараты не важно откуда. А вот Фонд Форда – другое дело. Эта организация финансировала многие операции церэушников и давала им прикрытие, так что есть смысл проверить, нет ли у нее филиалов на каком-то из этих островов.
– Один из офисов Фонда Форда находится на Банана-Айленде. Это искусственный островок у побережья Нигерии, – прочитала Сара в Интернете. – Еще у них большое представительство на Род-Айленде.
– Этих островов нет в нашем списке… Черт, единственный след, и тот привел в тупик! – Кристофер в отчаянии ударил кулаком по стене, снова плюхнулся на кровать и в очередной раз перечитал список. Затем перебрал документы, надеясь, что попадется какая-нибудь зацепка, пропущенная по причине ее очевидности. Задержал взгляд на фотографии отца с двумя исследователями. – Погоди-ка… У всех шести островов горный рельеф?
Сара снова полезла в Интернет и за три минуты нашла нужную информацию.
– Нет, не у всех. Остров Уэйк – плоский атолл. На Маршалловых островах тоже нет гор. Минус два пункта, уже хорошо!
– Да-а, если, конечно, снимок сделан именно на острове… С другой стороны, зачем бы отец стал хранить столько лет эту фотографию, если бы она не имела отношения к самому важному делу его жизни? Значит, остаются четыре острова, и, чтобы выбрать из них один, нужен какой-то намек, который мы упустили… Наверняка он где-то у нас под носом… например, название проекта – «Четыре-Восемь-Восемь». Что означают эти цифры? Может, географическое положение или какой-то код острова? Вполне вероятно! – Кристофер оживился. – Почему мы не подумали об этом раньше?
– В таблице, которую прислал Норберт, полно цифр в описании каждой военной базы, – сказала Сара. – Площадь территории, личный состав и так далее.
Они начали заново просматривать файл на своих телефонах, выискивая сочетание «488» в колонках, содержащих статистические данные по четырем базам на островах из списка. А солнце за окном уже садилось, напоминая, что отведенный Лазарем срок неумолимо сокращается.
Кристофер поднял голову от экрана:
– Нет, ничего. Я проверил географические координаты, перевел названия островов в цифры… Никаких совпадений с числом четыреста восемьдесят восемь или с комбинацией цифр «четыре, восемь, восемь».
Сара закончила анализ с тем же результатом. Этот путь тоже привел в тупик.
– А время все убывает, – пробормотал Кристофер, заметив, что в гостиничном номере уже совсем темно. Они потратили весь день на поиски ответов и не нашли ничего, что помогло бы спасти Симона. – У нас не получится, – в отчаянии сказал он. – Наверное, мне придется позвонить в полицию, все рассказать и…
– Подожди. – Сара открыла на экране телефона папку с фотографиями стен из палаты пациента 488. – Пациент из «Гёустада» провел на острове несколько лет. Что, если в этих рисунках заключены его воспоминания о жизни там? Может, для него это был способ вернуться на остров или описать то, что он там видел? – предположила она, указав на три символа, до бесконечности повторявшиеся на стенах палаты.
– Ты думаешь, образы рыбы, дерева и огня связаны с островом, где его подвергали экспериментам?
