— Вот, смотрите, — мужчина подошел поближе и протянул свой телефон, показывая место, где он сейчас находится.
— А, вспомнила, — радостно сказала Светлана и махнула рукой в сторону Профсоюзной. — Налево до светофора и прямо до следующего светофора, а после направо. Он где-то там.
Она потянула поводок, стараясь унять пыл Зевса.
— Спасибо, — ответил он и тут же резко сделал шаг к ней.
Светлана не успела ничего понять, как что-то острое ткнулось ей в горло. Боль пронзила, она хотела крикнуть от возмущения, но его стальная рука обхватила ее и с силой прижала к себе.
— Не советую орать. — Как бы между прочим сказал мужчина и толкнул женщину в сторону.
— Ты…
— Заткнись, лучше молчи.
Боль в горле была настолько сильной, что ее нельзя было сравнить с той, что она испытала, когда удаляла нерв в зубе. «Что за глупая игра», — вдруг подумала Светлана, понимая, что сейчас находится в оживленном парке. Что совсем рядом ходят люди, бабушки, что шуршали своими спортивными палками, ушли отдыхать, а на их место пришли бегуны. Она и сама хотела в свое время начать бегать, почему бы и нет, но как-то не решалась, нужна компания.
Его рука толкнула ее, она, быстро перебирая ногами, стараясь не споткнуться о неровности дороги, отошла к стене. Мужчина держал ее крепко. «Насколько же он сильный», — вдруг промелькнула глупая мысль, и Светлана попыталась вспомнить, кому принадлежит голос.
— Не ори, — опять достаточно спокойно сказал он и толкнул ее еще дальше к дереву, а после вглубь кустов сирени.
Она, послушно семеня ногами, следовала туда, куда он ее направлял. «Что за глупая выходка», — думала Светлана, стараясь не потерять поводок, но он выскользнул и тут она уже не на шутку заволновалась.
— Вякнешь, насажу твою головку на пику, — и в знак убеждения еще сильнее надавил ей чем-то острым на горло, боль тут же обожгла ее тело от самой макушки до пят. — Поняла?!
— Да… — Шипя и вытягиваясь на цыпочках вверх, прошептала она.
Светлана слышала голоса прохожих, почему-то услышала, как Зевс, запутавшись поводком среди кустов, поскуливал и пытался выбраться из дебрей. Она услышала, как не так далеко проехала машина, и кто-то из велосипедистов нажал звонок. Она в парке, среди людей, но сейчас Светлана не могла ничего сказать, не могла дернуться, боялась, что эта пика и правда проткнет ее. Не было ужаса или страха, а появился гнев и злость, что какой-то придурок спутал ее планы на вечер.
— Сделаем все быстро. Верно? — спросил ее, и она была вынуждена чуть кивнуть головой, соглашаясь с его словами. — Вот и славненько.
«Дебил, — вертелось в голове, — больно же», — подумала она и еще чуть выше вытянулась на носочках, стараясь хоть немного унять боль в горле. Его рука, что так сильно прижимала ее к нему, вдруг отпустила, но она все так же не могла пошевелиться, поскольку острие метала смотрело ей горло.
Страха не было, только негодование. Светлана так и не понимала, то ли это чья-то злая шутка или правда в парке появился придурок, который решил ее обокрасть.
Его рука легла на живот и резко пошла вверх, через мгновение пальцы сжали грудь, и тут Светлана задергалась.
— Стой, дура. Ты же хочешь домой? — она тут же кивнула. — Тогда снимай трусы.
Это что такое? Она в душе даже усмехнулась. Насильник? Как много раз про них слышала и читала. На мгновение ей захотелось засмеяться, но только боль в горле не дала этого сделать. Опять послушались голоса людей, они были рядом и не знали, что она тут в этих кустах. Ей стоит только закричать и все, но Светлана не могла этого сделать. Что-то ужасно острое упиралось в горло, и она уже не могла точно сказать, может он уже проткнул ее, а она еще не знает этого.
— Снимай трусы! — чуть громче сказал мужчина и опять сжал пальцами ее грудь.
Насильник. Сколько женщин в год насилуют, тысячи или десятки тысяч. Не многие идут в полицию, многие как рабыни, принимают неизбежное, боятся огласки и поэтому молчат, терпят. Что он хочет? Почему-то подумала Светлана, стараясь разобраться в том, что происходит.
— Шустро! — почти в приказном порядке прошептал он у нее над ухом. — Трусы! — напомнил, что надо сделать.
И опять эта боль, она чуть вскрикнула, но тут же заткнулась по причине страха, что он и правда проткнет ей горло. Тело, у нее всего лишь тело, что тут такого. Как часто она поступала так? Вспомнила, как увела у Верки Виталика, а он после первых с ней поцелуев начал хвастаться перед парнями. Она его бросила, а после переспала с Алексеем, мужем Маргариты. Подло, сама после жалела, но ей тогда было хорошо. Светлана вспомнила, как в офисе за шкафами обнималась с Генкой, а ведь он всего как год назад женился.
Почему-то на душе стало противно. Тело, всего-то тело, ничего лишнего. Мужик хочет свое, а женщина свое. Она вздрогнула, когда его рука сжала ее бедра и пальцы скользнули вперед и сразу между ног.
— Снимай трусы, — повторил он.
