Кто он? Где он? Что здесь произошло? Эти вопросы пугают так же сильно, как и вероятность быть погребенным заживо под обломками. Но и глоток свежего воздуха не даёт успокоения и даже стимула жить. Он чувствует, что что-то потерял, что-то жизненно важное. От обилия гнетущих вопросов его спасает пищащий свёрток, найденный среди обломков. Теперь он должен добраться до людей, ради малышки, она ни в чём не виновата. Возможно Бог даёт ему второй шанс построить свою жизнь, он вырастит девочку. Но какой ценой ему приходится бороться за её жизнь? Готов ли он продать честь Обществу или повстанцам, закрыть глаза на то против чего встаёт бунтом душа ради здоровья малышки?
Крик
We can never let the word be unspoken
We will never let our loving go come undone
Everything we had is staying unbroken, oh
You will always be the only one
You're the only one
Won't ever give up
'cause you're still somewhere out there
Nothing and no one's
Gonna keep us apart
Breaking it down
But I'm still getting nowhere
Won't stop, hold on
Thunder and lightning,
It's getting exciting
Lights up the skyline
To show where you are
My love is rising,
The story's unwinding
Together we'll make it
And reach for the stars
You're the only one,
You're my only one
You're my life,
Every breath that I take
Unforgettable, so unbelievable
You're the only one, my only one
I could have told you
To slow down and stay down
I could have told you a secret -
Won't you keep it now?
Thinking of making a showdown
When love is found
Thinking of waiting
Till you're around
Won't ever give up
'cause you're still somewhere out there
Nothing and no one's
Gonna keep us apart
Breaking it down
But I'm still getting nowhere
Won't stop, hold on
Thunder and lightning,
It's getting exciting
Lights up the skyline
To show where you are
My love is rising,
The story's unwinding
Together we'll make it
And reach for the stars
You're the only one,
You're my only one
You're my life,
Every breath that I take
Unforgettable, so unbelievable
You're the only one, my only one
You're my only one 1
Исполнитель Сергей Лазарев
Пролог
Бредя во тьме тоскующей душой,
Не зная на вопросы все ответы.
Я думаю, как будет хорошо.
Когда найду свою дорогу в лето.
Пусть холоден и мрачен перевал
Опасно серых скал обледенение;
Я помню, верю, что когда-то знал
Лугов, залитых солнцем, вдохновение.
Я жил и спал, сражался и страдал,
И выживал и рвался из трясины.
Уже не верил и уже не ждал,
Когда внезапною накрыло чувств лавиной.
Не знаю будущего, в страхе перед ним
Я замираю, стоя перед бездной.
Еще минута промедления — и пропал.
И все мечты опять распались белым пеплом.
Мне остается только шаг вперед,
Опять сквозь боль и кровь, сквозь страхи и сомнения
К теплу и свету, к жизни я шагну.
Как дальше жить — я сам приму решение.
1
Всё вокруг расплывалось зелёными пятнами, я в очередной раз моргнул, да что же это такое. Только на четвёртый раз зрение соизволило сфокусироваться, но ясности мне это не принесло. С трудом поворачивая голову, я осмотрелся: стены, обложенные зеленоватым кафелем, много медицинского оборудования и я, лежащий на какой-то койке.
Где я? Что со мной случилось? Попытка вспомнить отозвалась сильной болью в мозгу и ещё большим роем вопросов. Я не только ни помнил где я, и что произошло, но я не знал и кто я. От осознания этого факта я аж задохнулся и постарался сесть. Мышцы взвыли от попытки их использования, похоже, я пролежал здесь не один месяц.
Задышав часто-часто попытался успокоиться. Так. Это какое-то медицинское учреждение. Я повернулся к аппарату, стоящему рядом, он созерцал мир пустым чёрным экраном, перевёл взгляд на лампу, свисающую с потолка, она не горела. Свет сочился только от слабых, аварийных светильников. Дело плохо. Я конечно не гений, но если не работают приборы, то что-то явно не так. Аккуратно вынув из рук иглы, тянувшиеся к пустым капельницам, открепив датчики, идущие к мёртвым агрегатам и, напрягшись изо всей мочи, я всё-таки смог усадить своё туловище и поёжился. В помещении было жутко холодно. Обхватил себя ладонями и только сейчас ощутил, что на мне почти ничего нет, только какая-то тонкая сорочка, доходящая до колен.
Посидев немного, я собрался с силами и, опустив ступни на ледяной, кафельный пол, встал. Мышцы тут же отозвались напряженным поддрагиванием, хорошо хоть не отказываются работать и то хлеб. И всё же где я? Пошатываясь, добрёл до белой двери и дёрнул ручку, ответом мне был только сухой щелчок, но она не поддалась. Я взялся дёргать её на все лады, но она не шелохнулась, зато паника в моей душе начала разрастаться с геометрической прогрессией, ещё чуть-чуть и моему взбудораженному мозгу стало казаться, что стены надвигаются, а оборудование придвигается всё ближе. Воздух сипло вырывался из горла, когда я, вложившись всей дури, рванул на себя дверь, она резко открылась, заставив, попятится, пока я не упёрся в спиной в стену. В коридоре было ещё темнее и холоднее чем в палате. Я, опираясь обо все, что попадалось под руку, дошел до другой двери.
Стоило мне открыть её, как в нос ударил невыносимый запах портящейся плоти, заставляя меня вернуть портун в прежнее положение. Соседняя дверь с трудом поддалась, а распахнувшись, явила моему взору, засыпанную обломками потолочных плит пещеру. И хотя, под осколками потолка и кафеля, виднелась нога, одуряющей вони здесь не было.
Я двинулся дальше, в четвёртой комнате никого не было, а после проход и вовсе заворачивал. Зайдя за угол, я остановился. Что делать теперь, просто не представлял. Почти сразу за поворотом начинались ступени, но вся загвоздка была в том, что уже с третьего выступа лестница обрывалась, верхний этаж рухнул, погребая под собой любую возможность, выбраться отсюда.
