Около него были толстые прутья, которые создавали иллюзию клетки. Над головой не было даже маленькой крышки. Парень пошевелил ногами. Боль в зоне полового органа, стала не выносима и он застонал.
Его лицо побелело от осознания того, что его как животное про кастрировали и бросили в клетку.
Краем глаза, он заметил свою хозяйку. Анжела стояла и без капли сочувствия, скорее с морем отвращения глядела на него.
— Да, как ты посмела это сделать, — прошипел парень.
— Если бы ты меня не перебил, в тот раз, то узнал бы, что ты лишался привилегии ходить на пару дней, — пробубнила девушка, — в том, что это произошло, виноват только ты, — сказала как приговор и пошла в замок.
Анатолий лежал на спине три долгих дня, его тело на столько промерзло, что казалось превратится в лед. Каждый день, его разглядывали как какой-то экспонат стражники, угорали над его тупостью и просто обсуждали, ведь не каждому питомцу отрезали яйца за непослушание и своеволие.
Прошло еще три дня, его состояние только ухудшалось, за весь день, он выпивал только один стакан воды и 100 грамм черного, черствого хлеба.
Анатолий от нестерпимой боли и голода засыпал и как можно дольше спал, ведь во сне не чего не хочется.
***
Парень шел по теплому песку, около него чистый океан, в котором виднелись красивые рыбки, а на песку, росли здоровые пальмы с бананами и кокосами.
— Не уж-то я умер и попал в рай, — удивленно вздохнул парень, — не уж-то, после всех мук, мне суждено попасть в это дивное место, — радовался он.
— Я бы на её месте, тебя давно прикончил, — сказал чей-то знакомый мужской голос.
Анатолий обернулся и увидел своего друга, которого пару лет назад кто-то сбил на машине на смерть.
— Она даже спустя пять лет, не забыла всё то, что ты натворил с ней, — продолжил парень.
— Матвей, я тогда напился до поросячьего визга, я правда не чего не понимал, всё случилось быстро и случайно, — пытался оправдаться парень.
Матвей смотрел на своего друга и не верил в искренность его слов. Он своего друга знал очень давно, поэтому где он врёт, а где говорит правду мог запросто понять.
— Ты её изнасиловал когда ей было четырнадцать лет, бедняжка возвращалась от подруги домой, — прокричал Матвей, — ты её затащил за угол и засунул свой грязный член ей в задницу, целых сорок минут ты её трахал, ты засёк даже время, а потом гордился этим четыре года, — не думал даже сбавлять тон, — ты ещё смеешь её осуждать? Ты теперь утверждаешь, что сделал всё это случайно? Ты серьёзно? — Спрашивал вопрос за вопросом, — она четыре года лечилась у психиатра и забыла даже этот ужас.
— Да, я сознаюсь, — внезапно заговорил Анатолий без чувства вины, — я её насиловал и получал кайф, — прокричал как можно громче, — я имел королеву, — заржал парень как не в себе, — мне улыбнулось счастье, не кто не может похвастаться таким подвигом, а я могу, а ты жил девственником и умер им же.
— Тебя надо было ей полностью про кастрировать, а то таким как ты, не стоит иметь яйца, — брезгливо фыркнул Матвей.
Сон прекратился. Анатолий открыл глаза, пах уже не болел, он не лежал на холодном бетоне и был уже в какой-то комнате, одет в теплую одежду.
— Проснулся, смотрю, — процедила девушка.
Взгляд Анжелы был расстроенный и потерянный.
— Я думал, ты меня там оставишь умирать, — пробубнил парень.
