– Надо же, какой рассудительный! Все предусмотрел! – воскликнула я. – И как ваша сестра отреагировала на это?
– У Ланки словно ум отшибло, – вздохнул Елистратов. – Свет у нее клином сошелся на этом Валерии. Причем я уверен, что если бы они стали жить вместе, он бы очень быстро ей надоел и она бы выгнала его, как и прежних мужей, и все бы легко забылось. Но вот тот факт, что Валерий упирался руками и ногами, действовал на нее, как красная тряпка на быка. Она немедленно полезла в Интернет, разыскала статью о лейкемии, прочла и швырнула ноутбуком прямо в своего любовника. Стала кричать: «Ты мне наврал! Лейкемия прекрасно лечится, если есть деньги на хорошие препараты! Твоя грымза еще меня переживет!» И выгнала-таки его.
– Значит, на этом все и закончилось? – выдохнула я.
– Ага, как же! Вы просто не знаете Лану! Всю ночь она прорыдала, а утром поехала к нотариусу и сделала этого альфонса своим наследником.
Я только головой покачала:
– Ничего себе!
– Да, вот такой отчаянный жест. Я ее уговаривал по-всякому, убеждал аннулировать завещание, но она и слушать ничего не хотела. Сквозь слезы твердила, что детей у нее нет, нуждающихся родственников тоже, а с собой на тот свет ничего не возьмешь. Как будто и впрямь туда собралась! И все приговаривала: «Пусть этот бесчувственный пень пользуется и вспоминает меня!»
– Надеюсь, до попыток суицида дело не дошло? – осторожно поинтересовалась я.
– Да нет, конечно. Буквально на следующий день из Лондона прилетела ее подруга, и они затеяли какой-то проект, для которого требовались приличные вложения. Так что Ланка завещание быстренько аннулировала, а о Валерии и думать забыла.
– О как! – воскликнула я.
– Да, – подтвердил Елистратов, – она у нас такая. У нее столько было всяких начинаний! То она коллекционирует фарфоровые статуэтки, то бронзовые фигурки, то еще что-то подобное. Одно время снималась в массовке, потом пробовала себя в модельном бизнесе, начинала рисовать, писать детективы, фотографировать – всего и не упомнишь. Так что…
В этот момент дверь внезапно распахнулась, и в кабинет вошел высокий грузный мужчина, немного помоложе Елистратова.
– Слушай, ты не в курсе, где твоя сестра? – безо всяких предисловий начал он.
– Садись, Слава, – сказал ему бизнесмен. – И поздоровайся. У меня в кабинете гостья, если ты не заметил, – он кивнул в мою сторону.
– Здрассти, – поздоровался вошедший, утирая пот со лба. – Извините, влетел как полоумный. Такое дело…
– Что случилось-то? Ты расскажи все по порядку, – попросил Елистратов.
Нежданный визитер тяжело плюхнулся в кресло.
– Говорю тебе, Ланка пропала, – начал он. – Кто-то позвонил ей вчера на домашний телефон, утром рано это было. Она только сказала: «Да, слушаю», потом посмотрела на меня и выбежала из квартиры. Главное, мне ничего не сказала, подхватилась – и на улицу! Подхожу к окну и вижу: мужик какой-то стоит, я его не видел раньше, а рядом – вишневая «восьмерка». Ланка подскочила к нему, и они о чем-то заговорили, причем мужик напуганный был какой-то. Перебросились несколькими фразами, потом мужик сел в свою тачку и смылся. А Ланка домой пришла сама не своя, я ее спрашиваю, что случилось, – молчит. Вдруг начала какую-то чушь нести, лихорадочно вещи какие-то собирать. Я спрашиваю: «Ты куда?» – она в крик. Поистерила и куда-то усвистала, а сотовый отключила. Где ее теперь искать, Евгеньич, а?
– Надо подумать, Слава, – ответил Елистратов и выразительно посмотрел на меня.
К кому усвистала Светлана вчера утром, я уже знала. Но вот почему?
– Еще вот какая штука, – прервал мои мысли Слава. – Я узнал, что Ланка квартиру на Немировича-Данченко снимает.
– Следил, что ли, за женой? – усмехнулся Елистратов.
– А что? – обиделся Слава. – Твоя сестра – та еще штучка!
– Ты давай не заводись, – остудил его шурин. – Сам знал прекрасно, кого в жены берешь, не я тебе ее сватал. Так что там со съемной квартирой?
– А то, что убийство там произошло, вот что! Я первым делом подумал, что мужик этот, на «восьмерке», туда поехал, а Ланка за ним следом. Но как-то не очень это было похоже на свидание: вид у обоих был такой, будто драпать собрались куда подальше. Я с утра по делам пошел, а после обеда решил все-таки наведаться на эту квартирку. Прихожу – а она опечатана! И сосед по лестничной клетке сказал, что убили какого-то мужика. Как-то мне все это не нравится, если честно…
– Так, Слава, я тебя понял, – решительно сказал Елистратов. – Как только придумаю что-нибудь – сразу сообщу тебе. Звони, если что.
Слава тяжело поднялся с места, помялся немного в нерешительности и полувопросительно обронил:
– Тогда я пошел, Евгеньич? Надо еще в банк заглянуть. До свидания!
– Всего доброго, – ответила я.
Когда за Славой закрылась дверь, Елистратов пояснил:
– Это мой зять, банкир.
Я молча кивнула.
– Видите, как дело оборачивается… – он нервно забарабанил пальцами по столу. – Пришли вы ко мне по своему делу, а теперь я вынужден обратиться к вам. Женя, вы поможете мне разыскать Ланку? Боюсь, как бы правда чего плохого не случилось. Возьметесь? Я вам заплачу, сколько скажете.
