Кроме того, следует учитывать, что сам факт обращения с взрывчатыми веществами свидетельствует о специфической смелости лица, ибо большинство людей, в том числе интересующихся оружием и умеющих обращаться с ним, испытывают страх перед слепой разрушительной мощью взрывчатки, которая управляема в гораздо меньшей степени, чем стрелковое оружие, а потому, представляет большую опасность для пользователя. Для преступников этого типа характерна своего рода «бесшабашность», позволяющая производить крайне рискованные действия с взрывчатыми веществами и даже хранить их у себя дома.
Так, 4 апреля 2003 года в информационной программе РТР «Вести» сообщили о задержании в Новороссийске 17-летнего подростка, который продавал за 600 рублей самодельное взрывное устройство, включающее в себя 500 граммов тротила. Взрывчатое вещество виновный выплавил из снаряда времен Великой Отечественной войны, при обыске у него дома обнаружен «выстрел» к гранатомету «Муха».
При изучении уголовных дел о незаконном обороте взрывчатых веществ (которые сами по себе являются полуфабрикатом, ибо для своего использования требуют превращения во взрывное устройство, путем более или менее сложного конструктивного соединения со средствами взрывания), установлено, что владельцами распространенных и достаточно привычных в быту дымных и бездымных порохов обычно являются люди, не имеющие специальных познаний либо подготовки, если же речь идет о боевых взрывчатых веществах, то обращаются с ними лица, имеющие саперную подготовку или опыт обращения со взрывчаткой, приобретенный во время службы в армии. Кстати именно там, зачастую, взрывчатое вещество и похищается.
Так, гр-н П. осенью 1994 года, проходя службу в Вооруженных силах Российской Федерации в должности сапера, похитил 700 граммов взрывчатого вещества пластит, три капсюля-детонатора КД-8А и огнепроводный шнур ОШП в количестве 510 мм, которые после демобилизации привез к себе домой в г. Таганрог, а 26 января 1999 года пытался продать, но был задержан сотрудниками милиции. Л., во время срочной службы прошел подготовку по изучению взрывных устройств, в 1996 году похитил в воинской части 140 граммов пластита, после демобилизации привез его домой и хранил до 22 мая 2002 года, когда пластит был изъят работниками милиции.
Иногда виновные маскируют факт хищения оружия. Так, гр-н С. незаконно хранил пистолет Макарова и тротиловую шашку. Ранее он проходил службу по контракту на территории республики Дагестан, с высокой долей вероятности можно предположить, что оружие и взрывчатка похищены в воинской части, но обвиняемый показал, что купил их у «незнакомого мужчины».
При незаконном обороте промышленных взрывчатых веществ (аммонита) и взрывных устройств (электродетонаторов ЭД-КЗ), которые особенно часто встречаются в угледобывающих районах (например, в Ростовской области это Шахты, Новошахтинск, Гуково), их владельцы, как правило, работают или ранее работали на угольных шахтах и имеют навыки взрывных работ, хотя также зачастую отрицают факт хищения на производстве.
Выбор конкретного способа совершения взрыва обуславливается: финансовыми, служебными или иными возможностями доступа преступника к определенным взрывным устройствам и взрывчатым веществам; наличием у него знаний и навыков определенного характера (взрывотехника, электроника); личностными качествами характера преступника (дерзость, жестокость, равнодушие и пр.); степенью защищенности объекта посягательства.
Специфические навыки и умения обращения с взрывчатыми материалами и взрывными устройствами имеются у определенных категорий лиц: ранее судимых за преступления, связанные с незаконным оборотом ВВ и ВУ, имеющих опыт работы с оружием, боеприпасами или ВВ, активных участников и лидеров ОПГ, членов незаконных вооруженных формирований, имеющих подготовку подрывников, с опытом работы в области химических технологий, связанных с производством и использованием ВВ, порохов, других взрывоопасных материалов, бывших военнослужащих умеющих обращаться с ВВ и ВУ, имеющих опыт боевых действий, склонных к незаконной охоте и браконьерству, занимающихся изготовлением самодельных ВУ для различных целей и т. д.
По опубликованным данным, в России насчитывается около четверти миллиона мужчин в возрасте от 20 до 45 лет, знакомых с основами взрывного дела и способных изготовить простейшее взрывное устройство, около тридцати тысяч имеют достаточно глубокие познания в способах минирования и разминирования, не менее десяти тысяч являются профессионалами в области ведения взрывных работ и организации минной войны. Если сопоставить эти данные с беспрецедентным падением дисциплины и ответственности во всех сферах государственной и общественной жизни, широким вовлечением в криминальный оборот взрывчатых веществ и взрывных устройств, то можно прогнозировать рост преступлений, совершаемых с помощью взрывов.
