— Господин Мейсон, могу же я не раскрывать всех своих секретов. Будьте уверены, использую. Детективы больше никогда не увидят меня. Как раз в то время, когда они будут упиваться успехом, я дам им по мягкому месту и скроюсь.
— Вы уверены, что можете сделать это?
— Конечно.
— У властей есть очень хорошие, высококвалифицированные специалисты, — заметил Мейсон.
Молчание Гидеона было красноречивым.
— Другими словами, — продолжал Мейсон, — если вы получите деньги, я никогда больше вас не увижу.
— Вот именно.
— А если не получите?
— Буду приходить к вам ежедневно.
— Вы понимаете, что после этого контакта я не захочу больше вас видеть, — сказал Мейсон. — Будете охлаждать свои горячие чувства в приемной, пока не устанете.
— Нет, — сказал Гидеон, затягиваясь сигарой, затем вынул ее изо рта, повернул к себе, чтобы видеть, как тлеет огонек. — Наоборот, я думаю, вы захотите видеть меня. Я полагаю, что вам будут даны также инструкции.
— Инструкции делать что?
— Дать мне денег.
— Сколько?
Гидеон сделал выразительный жест руками.
— Несомненно, вы захотите, чтобы я с пользой их употребил. Не хотите же вы, чтобы я сразу попал к ним в руки. Естественно ваше желание больше не видеть меня в своем офисе, поскольку, когда я уйду из-под квалифицированного наблюдения, они обложат вашу контору.
— И будут считать, что я дал вам деньги на покупку машины? — спросил Мейсон.
— Могут.
— И могут даже допросить меня?
— Да, можете рассчитывать и на это, — сказал Гидеон. — Я думаю, что они обязательно допросят вас. Когда до них дойдет, что их перехитрили, они придут в крайнее раздражение. Они подумают, что это вы разработали план, как ввести их в заблуждение. Они будут говорить вам об отказе от уголовного преследования, если вы передадите им деньги, о том, что вы оказались соучастником преступления. Они могут быть неимоверно грубы. Но, как я понимаю, вы будете спокойно сидеть в своем кресле, загадочно улыбаясь. Скажете им, что, если они полагают возможным привлечь вас к уголовной ответственности, пусть делают это. В противном случае им придется убираться вон из вашего офиса, оставить вас в покое.
— Все это было очень интересным, — сказал Мейсон. — Но так обстоят дела, Гидеон, что я не знаю никого, кто был бы готов дать вам какую-то сумму денег.
— Вы не знаете? Уоррены.
— Я не знаю их достаточно хорошо, чтобы предложить им поддаться на…
Гидеон вновь поднял руки вверх.
— Пожалуйста, господин Мейсон, пожалуйста, не употребляйте этого слова. Оно имеет отвратительное значение. Не нравится мне. Это грубо.
— То, что вы делаете, разве не так называется?
— Я просто выкладываю свои карты на стол.
— Вы требуете денег за молчание.
— Нет, я не требую. Я просто советую вам связаться с людьми, которые, возможно, пожелают дать вам денег для моего исправления.
— А в случае неполучения денег вы будете угрожать.
— Нет, нет. Никаких угроз, — сказал Гидеон. Ведь я вам не угрожал, господин Мейсон, не так ли?
— Вы сказали, что будете постоянно приходить сюда.
— Я довольно настойчив, господин Мейсон, — сказал Гидеон. — В конце концов, нет закона, который запрещал бы мне приходить сюда, когда я пожелаю. Это общественное место. Мои действия основываются на предположении, что вы или посоветуете своим клиентам или, скажем, некоторым из своих друзей дать мне определенную сумму денег, с тем чтобы я не болтался здесь, или эти люди проинструктируют вас дать мне достаточную сумму денег, чтобы я мог убраться отсюда. Я не хочу больше задерживать вас, господин Мейсон. Вы занятый человек, очень занятый.
Гидеон поднялся с кресла.
— Не пытайтесь оказывать на меня давление, Гидеон, — сказал Мейсон. — Мне пришлось иметь дело не с одним вымогателем. Если я приду к выводу, что вы занимаетесь шантажом, мне придется действовать соответствующим образом.
— И как же? — спросил Гидеон, зловеще улыбаясь, стоя около дверей.
— У нас есть несколько методов обращения с шантажистами, — ответил Мейсон.
— Да, у вас есть средства, — сказал Гидеон. — Но мне бы не хотелось, чтобы вы относили меня к этой категории лиц. Однако мне хотелось бы знать из чистого любопытства: как же вы справляетесь с вымогателями.
— Имеются три метода, — ответил Мейсон.
— Да?
— Во-первых, — загибая указательный палец, произнес Мейсон, — выплачивается затребованная сумма.
— Очень разумно.
— Во-вторых, — сказал Мейсон, загибая второй палец, обращаются в полицию. Она защитит секреты заявителя. Шантажиста ловят на месте преступления и сажают в тюрьму.
— Очень хорошо, если это срабатывает, — сказал Гидеон. — И каков же третий метод?
Мейсон встретился с его взглядом.
— Третий метод, — сказал он, — состоит в том, что вы приканчиваете этого сукина сына.
Гидеон отшатнулся.
— Вы не пойдете в полицию, и мне трудно представить вас в роли убийцы, — сказал он.
— Пошевелите мозгами, — ответил Мейсон. — Вы же сами говорили, что безжалостный человек имеет преимущества в этом мире.
