В тот день шофер Клауссена привез его и Леру к почти пустому отелю, где они должны были встретиться с колумбийцем. Когда они пришли, Пепе ожидал их в комнате с плиточным полом и парой коричневых кожаных диванов, поставленных под прямым углом друг к другу. Клауссен обнял его, а Леру пожал Пепе руку и уселся на один из диванов, лицом к колумбийцу, севшему так, что за его спиной было окно. И Клауссен, и Пепе вооружились видеокамерами на часах, но можно было обойтись и без этого: комната прослушивалась и просматривалась агентами из соседнего номера.
— Понятно, почему вы выбрали это место, — сказал Леру. — Тут царит хаос, и вы без помех ввозите и вывозите что хотите, судя по тому, что я видел.
— Безо всяких помех.
— Людей мало, не слишком много лишних глаз. Похоже, место подходящее.
— Поверьте мне… еще раз, как ваше имя?
— Пол.
— Пол, поверьте мне, это подходящее место.
В их последующем получасовом общении, с точки зрения судебного процесса, не было насущной необходимости — Леру могли арестовать уже на основании того, что он послал образцы метамфетамина, плюс его разговор с Клауссеном о том, что поставки намечены были в Нью-Йорк. Но прокуроры Южного округа хотели выдвинуть как можно больше обвинений: наркоторговля, отмывание денег, продажа оружия. Поэтому Пепе осыпал Пола деталями сделок: как и когда будет доставляться метамфетамин, какие существуют возможности оплаты золотом и бриллиантами. С каждым словом, казалось, Пол открывает еще один замок двери, которая потом захлопнется за ним в американской тюрьме на десятки лет.
И тогда осведомитель УБН начал импровизировать. Он сказал Леру, что у него есть друг, которому нужно тяжелое оружие, что-то помощнее пулемета.
— Мы можем делать взрывчатку, — начал Пол невозмутимо. — Мы можем поставлять любое оружие, какое захотите.
— Дело в том, что этому парню нужно доставить оружие в Нью-Йорк. У вас есть варианты?
Пол испустил долгий вздох.
— Крутой парень, ничего не скажешь. А зачем оно ему в Нью-Йорке?
— Ему нужно тяжелое оружие в Нью-Йорке, — ответил Пепе, стараясь притормозить. — Так он говорит, я не знаю деталей.
— Ну, я не знаю, — нервно вмешался Клауссен. — Мы можем выяснить подробности.
— Проблема всегда в транспортировке, — сказал Леру, и разговор вернулся к наркотикам. Им нужно было закончить с этой сделкой.
— Прекрасно, по-моему, мы решили все вопросы, — наконец сказал Леру, когда они обсудили все тонкости логистики.
— Мы поговорим завтра о деталях.
— Прекрасно.
— Рад был познакомиться с вами, Пол.
— Взаимно.
Объектив видеокамеры Клауссена пляшет, когда они пожимают руки. Они с Леру пошли к выходу, звук шлепанцев Леру отдавался эхом от кафельного пола. «Думаю, этот босс доволен», — прошептал Леру, когда закрылись двери лифта.
— Доволен. Как я и говорил, он отличный парень, — откликнулся Клауссен.
— Мы его не подведем, — сказал Пол, когда они направились к машине. — Но оружие интересный момент. Непонятно, зачем кому-то ввозить его в гребаные Штаты.
— Ну, не знаю.
— Такой тип напрашивается на неприятности.
«Вот и все, — позднее сказал Клауссен. — Мы вернулись в отель». Он поднялся в свой номер и загрузил видеофайл с часов на флешку. Когда агент УБН подошел к двери и постучал, Феликс протолкнул ее под дверью. Потом сел и стал ждать.
Завершительная часть, по крайней мере, с точки зрения Феликса, была уже спадом напряженности. Он лениво смотрел в окно, когда группа офицеров либерийского Национального агентства безопасности провела Леру в наручниках через парковку отеля. Они посадили его в автофургон и уехали.
Через несколько минут в дверь Клауссена опять постучали. Это был Стауч. «Пора паковать вещи. Поедем», — сказал он. До сих пор все шло согласно плану. Но было невозможно предугадать, что последует дальше, теперь, когда Леру оказался под стражей, насколько быстро узнают об этом его подручные и что они сумеют предпринять. Агенты поспешно увезли Клауссена из отеля и поселили в другом. Спустя несколько дней он вылетел в США.
Позже агенты ввели его в курс того, что случилось в Монровии. Когда местные офицеры безопасности вломились в номер Леру, он первым делом захлопнул крышку ноутбука, чтобы запустить программу шифрования, — именно так, как велел поступать своим сотрудникам. На протяжении нескольких часов в либерийской тюрьме он то яростно ругался на полицейских, то предлагал им деньги. А когда он первый раз увидел американского агента, он стал оспаривать, что тот обладает правом арестовать его в Либерии.
Ничто не помогало. Либерийцы передали Леру пяти агентам УБН, среди них — Синдрику и Стаучу. Те спокойно объяснили, что большим жюри в Нью-Йорке он признан виновным в сговоре с целью ввоза метамфетамина в США, правонарушении, предусмотренном разделами 959 и 960 американского федерального кодекса. Его доставят на самолете в Штаты.
— Заранее прошу прощения, но я не хочу садиться в ваш самолет, — ответил Леру и замедлил шаг. Понадобилось несколько агентов, чтобы втащить его в автофургон, «как будто мы двигали какой-то мертвый груз», по словам Стауча.
