– Вот, познакомьтесь, – сказал Никольский, отечески-тепло глядя на молодого офицера. – Сергей Семенов, один из самых перспективных наших сотрудников. Ты подготовил материалы? – уже другим тоном спросил он, обращаясь к подчиненному.
– Да, все готово.
– Отлично. Проводи Льва Ивановича и доложи ему обстановку. Удачи вам!
Следом за Семеновым Гуров вышел из кабинета и направился по коридору, очень похожему на коридоры родного Управления. Сергей остановился перед одной из дверей и открыл замок.
Кабинет был небольшим и, судя по его обстановке, рассчитанным на двоих. Но сейчас, видимо, чтобы не мешать важному разговору (а может, чтобы не пришлось, нечаянно попавшись под руку, выполнять какое-нибудь поручение), полновластным хозяином этого помещения был Сергей.
– Присаживайтесь, – вежливо пригласил он. – Вас ведь интересует Вадим Голубков, если я правильно понял?
– Да, он. И еще группа…
– Группа «X-files». Действительно, интересные ребята. Да и Голубков этот… мутный тип.
– Правда? А что же в нем такого «мутного»?
– В том-то и дело, что ничего конкретного вроде нет, а посмотришь… выглядит как-то странно. Он окончил институт культуры, потом учился на режиссерских курсах в Москве и, приехав из столицы, стал работать в одном молодежном театре, ставить разные авангардные постановки. Но театр этот работал по принципу самоокупаемости, видимо, поэтому долго не просуществовал. После этого Голубков трудился только в учреждениях, находящихся на бюджетном финансировании.
– В учреждениях? – переспросил Гуров. – То есть их было несколько?
– Да, несколько.
– В Самаре так много театров?
– Нет, это не всегда были театры. Кроме них, Голубков работал в детских студиях. При Доме культуры, при музыкальной школе. В его послужном списке есть даже одна постановка в колледже. Это одно из специальных заведений, что называется, «с уклоном», там много часов посвящено изучению искусств. Живопись, музыка и театральное искусство в том числе. С этими детьми Голубков тоже поставил один спектакль.
– В общем, как я понял, сфера деятельности очень разнообразная.
– Да, весьма. Но самое интересное даже не в этом. Я, когда начал просматривать документы, наткнулся на удивительную закономерность. Как только Голубков переключался на следующее заведение, в предыдущем обязательно начиналась финансовая проверка и выявлялись хищения.
– Вот как? И что, установлено, что эти хищения как-то связаны с деятельностью Голубкова?
– В том-то и дело, что… Точно ничего такого не установлено, но уже очень четко прослеживается закономерность. Где бы он ни «творил», везде через месяц-другой выявляют недостачу. Я это заметил нечаянно, просто для интереса в базе посмотрел данные по одному из театров и обнаружил, что было возбуждено дело. Причем почти сразу, как оттуда уволился Голубков. Как-то сама собой возникла мысль, что ушел, почуяв, что «запахло жареным». Но потом вдруг подумал, что, может быть, и правда так все и было, и решил посмотреть другие места, где он работал.
– И по каждому обнаружил возбужденные дела?
– Почти. По музыкальной школе только нет.
«Видимо, там руководство очень морально устойчивое, не склонное поддаваться соблазнам, – подумал Гуров. – Или просто очень пугливое».
То, что он узнал сейчас от Сергея, по-новому освещало уже известные ему факты и позволяло взглянуть на историю, произошедшую в «Панораме», с совершенно иной точки зрения.
До настоящего момента Вадим Голубков представлялся ему фигурой второстепенной и совсем незначительной. Приглашенный режиссер, поставивший пару удачных перформансов и неожиданно приобретший популярность, которую так же неожиданно в любой момент мог утратить.
Его отношения с Берестовым представлялись чем-то вроде более-менее удачного амикошонства, где «друг и покровитель» покровительствовал вполне тактично, не слишком задевая болезненное самолюбие творческого человека. Но то, что доминирует в этих отношениях именно Берестов, Лев не сомневался ни минуты.
Однако, выслушав историю с постоянной сменой театров и неизменно следующими за этим финансовыми проверками, он вдруг осознал, что все может быть не совсем так. Что, возможно, не Берестов использовал в своих махинациях Голубкова как «вспомогательное звено», а наоборот, сам Голубков «использовал» Берестова, подавая ему очередную идею «эффективного расходования» бюджетных средств. Ведь и Климов говорил, что наиболее активно воровство шло в последний год с небольшим. А именно столько времени в «Панораме» работает Голубков.
– …вот поэтому я и обратил на это внимание, – продолжал между тем Сергей. – Слишком уж частые совпадения.
– Спасибо, Сережа, это очень ценная информация, – поблагодарил Гуров. – Ты хорошо поработал. Надеюсь, документальные подтверждения этим фактам имеются?
– Да, конечно. Я подготовил для вас все материалы.
Семенов поспешно взял папку, лежавшую на столе, видимо, намереваясь подтвердить свои слова делом, но Лев его остановил:
– Не нужно. Я потом сам просмотрю. Ты отлично излагаешь, «белых пятен» практически не остается. А про этих музыкантов есть что-нибудь интересное?
