Криппен полностью

— Мой муж — мистер Эндрю Нэш, — начала она. — Он владеет горнопромышленной компанией «Нэш». Слышали, наверное?

— Нет, — ответил инспектор Дью.

— Он очень широко известен в деловых кругах, — сказала она с легкой досадой. — Во всяком случае, недавно он был по делам в Мексике и согласился заехать в Калифорнию, чтобы выяснить правду о смерти Коры. Добравшись туда, он тотчас обратился к властям и назвал предполагаемую дату ее прибытия в страну, а также дату ее мнимой смерти. Видимо, все приезжие должны там сразу регистрироваться в полиции. Кора этого не сделала. На самом деле никаких доказательств ее приезда в Калифорнию нет. Официальных подтверждений ее смерти — тоже. Эндрю отправился прямиком в муниципалитет, и там проверили книгу записей гражданского состояния за несколько недель до и после той даты, когда, по словам доктора Криппена, она умерла. Ни одна запись о смерти не подходила под описание Коры. Никаких отметок в морге или бюро похоронных услуг. Нигде никаких указаний, что Кора вообще была в Америке, не говоря уже о том, что она там умерла.

— И мы не знаем имени родственника, за которым Кора якобы ухаживала, — добавила Луиза.

— Она даже не сообщила нам, что уезжает, — сказала Маргарет. — А ведь мы ее лучшие подруги.

— Я — самая лучшая ее подруга, — произнесла Луиза.

Инспектор Дью откинулся на спинку стула и задумался над их рассказом, поглаживая бороду.

— Эти Криппены, — сказал он наконец. — Что они за пара? Вы хорошо их знали?

— Очень хорошо, — ответила Маргарет Нэш. — Кора входила в нашу Гильдию поклонниц мюзик-холла. Знаете, она была известной певицей. Могла бы стать звездой. Если бы он ее не прикончил! — мелодраматично прибавила она.

— А доктор Криппен? Какой он человек?

— Тихоня, — ответила Луиза. — Работает дантистом, а в остальное время служит в аптеке. Порой кажется, и мухи не обидит, но в его глазах сквозит что-то недоброе, инспектор. Я это чую.

Дью улыбнулся. Он привык к тому, что люди давали волю воображению, приписывая каждое нераскрытое преступление, совершаемое на улицах Лондона, тем, кого сами считали негодяями.

— И в каких они были отношениях? — спросил он. — Ладили друг с другом?

— Не всегда, — ответила Луиза. — Хотя на самом деле Кора была добрейшей, милейшей женщиной на свете. Не ужиться с ней мог разве только изверг. Если хотите знать мое мнение, Хоули Криппену крупно повезло.

Дью кивнул и сделал пару записей у себя в дневнике. В глубине души он сомневался, что это правда, однако решил все же сходить к доктору.

— Не могли бы вы назвать их адрес?

— Хиллдроп-креснт, 39, в Камдене, — ответила Луиза.

Он записал и, поднявшись, проводил их до двери.

— Что ж, я загляну к доктору Криппену, — сказал он. — Не волнуйтесь. Я все выясню. Уверен, что ничего здесь нет.

— Мы, конечно, на это надеемся, — сказала Маргарет Нэш, хотя в действительности жаждала трагедии. — Очень не хочется думать, что с такой очаровательной женщиной случилось что-то ужасное.

— Вы будете держать нас в курсе, инспектор? — спросила Луиза, спускаясь по ступенькам и злясь на то, что он даже не проводил их.

— Да, разумеется. Оставьте свой адрес у констебля в приемной, и я обо всем вас извещу.

Луиза и Маргарет вернулись в коридор и сообщили констеблю свои данные.

— По понедельникам с четырех до шести я обычно дома одна, — шепнула ему на ухо Луиза.

Сидя у себя в кабинете, инспектор Уолтер Дью заглянул в свой дневник. Всю ближайшую неделю он был очень занят, но, пообещав разобраться с этим делом, не хотел разочаровывать дам. Он открыл страницу, посвященную следующей неделе, увидел, что утро свободно, и быстро нацарапал:

«Доктор Криппен. Хиллдроп-креснт, 39. Пропала жена. Предположительно умерла. Зайти».

Утром в пятницу солнце над «Монтрозом» встало рано, однако мистер Робинсон спал допоздна. Эдмунд проснулся около восьми и ушел завтракать: он обнаружил, что ресторан заполнен пассажирами в первый раз с начала плавания. За предыдущие несколько дней большинство попутчиков привыкли к корабельной качке, и аппетит вернулся к ним с удвоенной силой. Эдмунд видел вокруг себя лица пассажиров первого класса, чьи пухлые щеки побледнели, и они набивали едой тощие желудки, словно только что кончился голод и впервые за многие недели на борт доставили продовольствие. Не желая вступать в разговор, Эдмунд глазами поискал место, где мог бы сидеть один, но не отыскал ни единого свободного столика. Впрочем, у буфета стояли в очереди человек десять, и он направился туда, надеясь, что за то время, пока его обслужат, место может освободиться.

Заметив свое отражение в зеркальной стене за прилавком, Эдмунд поразился, как легко женщина превращается в мужчину, особенно если она такая вот невысокая и стройная. Люди верят тому, что видят, и редко ставят что-либо под сомнение, поэтому обман и получился столь убедительным.