– Если я подменил приказы, меня можно расстрелять, – говорит Монкберг.
– При условии, что вы и кто-нибудь из свидетелей доберетесь до дружественной территории и сличите заметки с полковником Чаттаном, – спокойно замечает лейтенант Роот.
– Чего за херня? – По трапу вбегает один из британских авиадесантников. – Мы, бля, давно в шлюпках! – Лицо, красное от холода и волнения, ошалело ворочается по сторонам.
– Отвали, – говорит Шафто.
Десантник замирает.
– Ладно, сержант.
– Иди вниз и скажи ребятам, чтобы заткнули хлебало.
– Сейчас, сержант! – Десантник исчезает.
– Как подтвердят обеспокоенные бойцы в шлюпках, – продолжает Енох Роот, – вероятность того, что вы и какие-то свидетели доберетесь до дружественной территории, убывает с каждой минутой. Тот факт, что вы нанесли себе рану, существенно осложняет наше спасение. Либо нас захватят в плен, либо вы предложите вас бросить, и таким образом тоже попадете к немцам. В обоих случаях, допуская, что вы немецкий шпион, вы избежите трибунала.
Монкберг не верит своим ушам.
– Но это произошло случайно, лейтенант Роот! Я разрубил себе ногу блядским топором! Вы же не думаете, что я нарочно?
– Очень трудно определить, – скорбно отвечает Роот.
– Самое безопасное – просто уничтожить кодовые книги, – встревает Бенджамин. – Согласно инструкции. За это под трибунал не отдают.
– Но это погубит все задание! – визжит Монкберг.
Роот на мгновение задумывается.
– Кто-нибудь погиб, – спрашивает он, – оттого что враг завладел нашими тайными шифрами и прочел наши сообщения?
– Ясное дело, – отвечает Шафто.
– Кто-нибудь из наших погиб, – продолжает Роот, – оттого что враг
Вопрос на засыпку. Капрал Бенджамин первый приходит к решению, но даже ему нужно время подумать.
– Конечно нет! – выпаливает он.
– Сержант Шафто? У вас есть свое мнение? – Роот пригвождает Шафто серьезным и трезвым взглядом.
Шафто говорит:
– В этих делах с шифрами хрен разберешься.
Очередь Монкберга.
– Я… наверное… наверное, могу придумать гипотетическую ситуацию, в которой кто-то погибнет.
– А вы, лейтенант Роот? – спрашивает Шафто.
Роот долго молчит, только работает иголками. Проходит несколько минут. Может быть, меньше. Все нервничают из-за немцев.
– Лейтенант Монкберг пытается убедить нас, что для сохранения жизни союзных солдат мы должны сегодня оставить немцам шифровальные книги союзного торгового флота. – При звуке голоса лейтенанта Роота все вздрагивают. – На самом деле в подобном случае мы должны использовать своего рода калькуляцию смерти, поэтому настоящий вопрос: спасет ли это больше жизней, чем погубит?
– Дальше без меня, падре, – говорит Шафто. – Математику я не осилил.
– Тогда давайте начнем с известного: передача шифров приведет к гибели людей, поскольку немцы смогут выследить и потопить наши конвои. Верно?
– Верно! – подхватывает капрал Бенджамин. Похоже, Роот склоняется на его сторону.
– Это будет верным, – продолжает Роот, – пока союзники не сменят шифры, что, надо думать, произойдет очень скоро. Итак, в минусе у нас несколько конвоев, потопленных за короткий отрезок времени. Что в плюсе? – Роот, не отрывая взгляда от раны, задумчиво поднимает брови: – Каким образом передача шифров может спасти человеческие жизни? Ну, это умонепостижимо.
– Чего-чего? – переспрашивает Шафто.
– Предположим, например, что из Нью-Йорка выходит секретный конвой с тысячами солдат и новым оружием, которое переломит ход войны и спасет тысячи людей. Предположим, он использует новую систему шифров и немцы не узнают о нем, даже заполучив кодовые книги. Немцы сосредоточат усилия на известных конвоях, потопят, может быть, несколько сотен моряков. Тем временем тайный конвой проскочит незаметно, доставит бесценный груз и тысячи людей будут спасены.
Снова долгое молчание. Слышно, как остальные бойцы подразделения 2702 перекрикиваются в шлюпках, вероятно, ведут свой собственный спор: если бросить на хер офицеров, можно ли будет это расценить как мятеж.
– Я выдвинул лишь гипотезу, – говорит Роот, – однако видно, что уравнение смерти может, хотя бы теоретически, дать положительный ответ. Более того, подумав, я прихожу к выводу, что отрицательной стороны может не быть совсем.
– То есть как?! – восклицает капрал Бенджамин. – Разумеется, есть отрицательная сторона.
– Вы исходите из того, что немцы не знают наши коды. – Роот направляет окровавленный указательный палец на том белиберды у Бенджамина в руках. – Однако они топят наши конвои направо и налево. Очень может быть, что коды давно взломаны. В таком случае, если они попадут к немцам, никакого вреда не будет.
– Но это противоречит вашей теории о секретном конвое! – говорит Бенджамин.
– Секретный конвой был
Капрал Бенджамин закатывает глаза; похоже, он и впрямь знает, что такое
– Если код действительно взломан, зачем рисковать нашей жизнью, чтобы ПЕРЕДАТЬ ЕГО НЕМЦАМ?
Роот задумывается.
– Не знаю.
– Так что вы думаете, лейтенант Роот? – спрашивает Бобби Шафто несколько томительных минут спустя.
