Коннор понял, что наушник выпал в этой суматохе. Он вернул его и невинно
улыбнулся.
- Что это? Ты мой телохранитель? – Алисия пыталась шутить.
Коннор ничего не сказал. Но она видела правду в его глазах, ее рот раскрылся.
- ТЫ! – воскликнула она. – Сын солдата… владеешь боевыми искусствами…
Реакция на пистолет… Теперь все понятно…
- Я могу объяснить, - сказал Коннор. – Все не так, как ты думаешь…
Алисия вскинула руку, остановив его.
- Не хочу слышать. Если это так, то ты мне все время врал, - слезы ярости
проступили на ее глазах, она злилась уже не на Этана, а на Коннора. – Ты обманул меня.
Предал нашу дружбу. Как я могу доверять хоть кому-то в этой жизни?
Нижняя губа ее дрожала, она заплакала. Коннор потянулся к ней, желая объяснить,
что это ему некому доверять. Он боялся за ее жизнь.
- Не трогай меня! – сказала она, оттолкнув его руку. Она повернулась к Кайлу. –
Увези меня домой немедленно.
Не глядя на Коннора, Алисия вырвалась из зала.
Глава пятьдесят восьмая:
- Страж-
кабинете, окруженная смятыми салфетками. – СС в этот раз зашли слишком далеко!
- Это была моя идея, - отметил президент Мендез, сидящий рядом с дочерью,
пытаясь успокоить ее.
- ЧТО? – воскликнула Алисия, руки сжались в кулаки, она уставилась на отца. – Ты
нанял Коннора?
- Прошу, милая, не кричи, - он оглянулся на дверь секретаря, надеясь, что ей не
слышно.
- Не кричи! Я думала, хоть ты понимаешь. Ты так и говорил. Теперь оказалось, что
ты за всем этим стоял.
- Страж-друг для твоего же блага, - объяснял президент Мендез, узнавая в дочери
огненную натуру жены. – В свете твоих недавних поступков, угрозы твоего похищения
или убийства террористами, преступниками или сумасшедшими… Или так, или присмотр
СС. Я знал, что тебе не понравится.
- Я этого не просила, - сказала Алисия, обведя рукой Овальный кабинет. – Это твоя
мечта.
- А ты – важная часть этой мечты, мое вдохновение делать мир лучше, - настаивал
президент, взяв ее за руку. – Мы всегда говорили, что семья на первом месте. И это так. Но
мы и Первая семья. Потому нужна СС. Признаю, порой это неудобно. Но я защищаю свою
семью, я хочу защищать тебя, свое дитя.
Алисия отдернула руку.
- И отправил вместо этого шпиона!
Президент Мендез вздохнул.
- Коннор не шпионил. Он защищает тебя. И он доказал это в ночь, когда ты сбежала и
столкнулась с бандитами.
Алисия закусила губу, думая над ответом.
- Ты не понимаешь, что он дважды рискнул жизнью ради тебя?
- Понимаю, - ответила Алисия, не глядя в глаза отцу. – Но не в том дело. Я просила
нормальную жизнь.
Президент Мендез кивнул.
- И я хотел бы для тебя свободы. Хотел бы, чтобы ты каждый день могла видеться с
друзьями. Но ты – моя дочь, и это привилегия, а не данность.
Алисия повернулась к нему.
- Ты правишь этой страной, но по какому праву ты меняешь мою жизнь?
- Да, я президент США, но, в первую очередь, я твой папа.
Алисия издала смешок.
- Порой я задаюсь вопросом, понимаешь ли ты, как тяжело мне жить в Белом доме.
Когда ты в кабинете, ты уже не тот отец, которого я знаю и люблю. Мне приходится
записываться, чтобы увидеть тебя! А мама всегда в дипломатических поездках. Я почти
сирота. У меня есть лишь школьные друзья. А теперь ты и ими управляешь.
- Я рад, что ты считаешь Коннора другом…
- Другом? Из-за него бал был испорчен. Меня унизили перед друзьями. А теперь,
благодаря тебе, я даже не знаю, кому из них могу верить.
- Ты можешь доверять Коннору, - ответил президент Мендез. – Я ему верю. Его отец
спас мне жизнь.
- Дело не в тебе! – рявкнула Алисия. – А во мне. И моей жизни, - она встала на ноги,
кипя от злости. – И я не хочу больше его видеть.
Глава пятьдесят девятая:
Коннор стоял возле Овального кабинета. Он слышал звуки спора. Но он не мог
различить, что именно они говорят, впрочем, смысл он знал и без этого. Он чувствовал
себя ужасно, обманув Алисию. Она жила под надзором СС днем и ночью, и она ценила
редкие моменты вне его. А теперь оказалось, что он был один из них, что у нее все равно
не было личного пространства.
Нравилось ей или нет, но Коннор убедился, что Алисии нужна близкая защита. Если
не считать бандитов, шутка Этана показала, как легко ее подстрелить. И одно это
показывало, что роль Коннора как стража-друга оправдана.
Но стоила ли правильная причина такой лжи?
Дверь Овального офиса распахнулась, и Алисия вышла, кипя. Она увидела Коннора и
попыталась избежать встречи с ним.
Но Коннор шагнул к ней.
- Я хотел сказать правду, но…
- С меня довольно, Коннор, - заявила она с холодным взглядом. – Я не хочу тебя
слышать или видеть рядом с собой. Тебя наняли быть моим «другом»! И знаешь, что еще
хуже? Я… - слеза скользнула по ее щеке, - полюбила тебя.
Слова больно ударили Коннора. Он понял, что не просто обманул Алисию, он разбил
ей сердце. Простого извинения не хватит. Но Коннор не мог ничего сказать и лишь
