– Но когда мы приехали в Камелот из Ноттингема, то услышали о том, что Дот и еще кто-то из пленников сбежали из тюрьмы, – подхватил Шериф. – Но я, даже узнав об этом, не собирался все это спускать с рук мерзавцу Райену. В наших Лесах должен царить закон и порядок, и я поклялся, что не остановлюсь, пока не насажу на пику отрубленную свиную голову этого негодяя.
– Вот почему мы сейчас не за столиком в «Стреле Марианны», а во дворце какого-то Тель Шорта, и молимся о том, чтобы он помог нам, – невесело закончил Робин Гуд.
– А если он вдруг
Из темноты появился и встал рядом с троном гном в сверкающем голубом колпачке, приталенном, расшитом золотом, мундире и с позолоченной трубой в руке. Распорядитель, наверное, или как их там еще называют… герольд? шталмейстер?
– Добро пожаловать, наши смертельные враги – люди! – высоким голоском прокричал он. – Вы находитесь здесь по приглашению нашего милостивого императора Тель Шорта. Прошу встать, чтобы приветствовать его императорское величество!
Светлячки на стенах и в люстре оживились, направили свои лучики на трон, окружив его оранжевым сиянием.
Агата и все ее друзья поспешно вскочили на ноги.
– Послушай меня, – шепнула она, обращаясь к Робину. – Гномы давно имеют зуб на короля Артура за то, что тот изгнал их из Камелота, а значит, что и против…
–
– Ну, крышка так крышка, – угрюмо ответил Робин.
– Но ты пока что встань хотя бы подальше от трона, за спинами нашими укройся, понял? – проворчал Шериф.
У Агаты похолодело в животе. И без того большой золотой трон показался ей сейчас вообще громадным, как гора. Каким же должен быть император, для которого
Снова взвыла труба, и гном-герольд зачастил:
– Его величество, всемилостивый, всемогущий, премудрый и благородный, лучезарный, основатель подземной державы, отец родной… – он долго еще говорил, просто Агата его больше не слушала, – император Тель Шорт!
Сначала ничего вроде бы не происходило.
А затем Агата увидела.
В глубине зала появилась тень и направилась к трону – медленно, плавно, словно плывя в воздухе и даже не касаясь пола.
Агата выпрямилась, расправила плечи, готовясь принять любой удар судьбы.
Тень приближалась… приближалась…
И вот наконец император Тель Шорт вышел на свет, показался во всей своей красе.
Софи выронила свой стакан.
Тедрос от неожиданности отпрянул назад.
Все, кто был в зале, повернули головы и уставились… Нет, не на императора Тель Шорта, а на Агату.
А у нее перехватило дыхание.
Агата глазам своим не верила, потому что…
Потому что правителем Гномии, их последним шансом на спасение и единственной надеждой найти союзника в борьбе против всех Бескрайних лесов оказался…
Кот Агаты.
Потрошитель.
Тедрос ошеломленно потряс головой, ему казалось, что все это происходит во сне.
Однако это был не сон, нет.
Потрошитель – живой и настоящий – сидел на позолоченном троне, его покрытое голой, морщинистой кожей тельце казалось еще более тщедушным и жалким в сочетании с криво сидящей на голове короной. Одним своим глазом кот пристально и сердито смотрел на принца, а Агата не отрываясь смотрела на кота, открыв свой рот от удивления.
Из темноты появились еще два стражника-гнома с ятаганами и встали по бокам трона, а гном-распорядитель с трубой остановился возле двери.
Тем временем резные буквы на спинке трона задрожали и волшебным образом поменялись местами.
Было –
Стало:
У Тедроса дыхание перехватило.
Потрошитель сел на свои задние лапы и громко мяукнул в окутавшей тронный зал тишине.
Принцесса Ума раздвинула первокурсников, вышла вперед и сказала:
– Да, ваше… э… величество?
Потрошитель снова мяукнул.
Принцесса Ума приблизилась к трону.
Кот Агаты что-то прошептал принцессе Уме на ухо.
Ума кивнула и приставила свой загоревшийся палец к горлу кота.
– Нет, это невозможно, – простонала Агата. – Тут, очевидно, какая-то ошибка…
– Никакой ошибки нет, – звучным, глубоким голосом произнес кот. – Ты просто была недостаточно внимательна ко мне.
– Так ты еще и
