— Мисс, Джефф, я… эм… хотела бы узнать в какой комнате живет моя знакомая. Ну знаете, пока учеба не началась — зайти к ней, поболтать, — как можно непринужденнее, воркую я.
Скажи про лучшую подругу и она уж точно не станет ничего говорить… разве подруги не должны быть нон-стопом на телефоне?
— Фамилия, курс?
— Линдсей Кэррингтон, второй курс, мисс. Факультет маркетинга и рекламы.
Гилл методично клацает длинными ноготочками по клавиатуре, а я принимаю окончательное решение: поставить точку в отношениях с бывшим. Телефон моргает, сообщая, что абонент «Мой тигр-р-р-р» заблокирован и насовсем удален из контактов.
Один пирог два раза не съешь, Калеб.
— Студентка Кэррингтон обучается в специальной экспериментальной группе. Вероятнее всего связи с друзьями и знакомыми ей не доступны.
— Что значит не доступны? — какого черта происходит? В Уорлдс Энд все факультеты открыты, а некоторые дисциплины и вовсе проходят одновременно у разных специалитетов.
— Юная леди, я вам уже сказала. Пишите вашей знакомой на кристаллофон факультета. Уверена, что ей передадут.
— Что здесь происходит? — звучит резко.
Ну вот, декана из пещеры выманили…
— Девушка уже уходит, мистер Эриксон, — с нажимом тянет секретарь.
«Зря надеешься» — транслирую молчаливое, и, подобравшись, выдаю мужчине, что здесь произошла какая-то путаница.
Гилберт Эриксон сканирует меня настолько леденящим взглядом, что хочется поежиться, спрятав руки в карманы кофты. Затем мило улыбается и приглашает пройти в свой кабинет.
По опешившему лицу Гилл, я понимаю, что студентки крайне редко удостаиваются аудиенции самого декана по воспитательной части, но предпочитаю это игнорировать.
В конце концов, я здесь по делу, а не пришла соблазнять этого ледяного принца (хотя, скорее короля) — льдистые глаза, тусклого голубоватого оттенка и кристально белые волосы — делают его похожим на героя из фэнтезийных фильмов. Аж мурашки по коже.
— Итак, мисс…
— Мэриан Нэнси, сэр, — представляюсь. — Понимаете, я пришла узнать про свою знакомую — Линдсей Кэррингтон, но мне сказали что-то про закрытую группу. Это несколько странно, учитывая, что на сайте университета таких программ нет. Уж я бы точно знала, — отскакивает от меня непрерывным потоком.
— Не нервничайте так, Мэриан. Желаете чай или воды? — оставаясь верным аристократическим манерам, Эриксон игнорирует мои вопросы, будто бы он заядлый покерист.
— Нет, благодарю вас.
Глубоко вздохнув, декан посвящает меня в святая святых новых проектов. Спасибо, что подписку о неразглашении не берет…
В Уорлдс Энд действительно создали эксперимент по полному погружению в изучение темы рекламных компаний в условиях полной изоляции. Всем этим «уникальным» (сомнительным, имхо*) процессом руководит гениальный профессор Джейкобсон.
И у нас будет возможность прослушать курс его лекций, чтобы уверовать в этот исключительный талант и безгранично глубокие знания.
Странно, что именно моя веселая тусовщица Линдсей одна из лучших его учениц… каких-то полгода назад ее буквально тошнило от университета и скучных дисциплин, а загадочный мистер Ларри Джейкобсон пробудил в ней тягу к знаниям?
Чудеса, не иначе.
— Великие умы мыслят одинаково, Мэри, — успокаивающий голос декана, действует на мою перетруженную нервную систему успокаивающе и немного напоминает тональность папиного. — А теперь тебе пора.
* ИМХО — имею мнение хрен оспоришь (сленг)
Визуалы
Вот и пришло время познакомиться с Мэриан, Райаном, ну и куда же мы без нашей шебутной Иви? Ловите, мои дорогие! 💕
В дверь раздается стук, от которого мою голову прокалывают тысячами, нет миллиардами острых игл. Несмотря на то, что глаза закрыты, я отчетливо различаю всполохи красного и белого.
— Мериан Нэнси, открывай эту чертову дверь пока я ее не вынесла! — выкрикивает Иви, троекратно усиливая мою тошноту. — Считаю до трех и иду на приветственную лекцию без твоей блондинистой задницы!
Чувство самосохранения во мне еще живо, именно оно и подталкивает оторвать тело с кровати и встать. Щурясь от яркого света, я пытаюсь договориться с собственным сердцем не частить так сильно.
Выжидаю, пока четкость зрения снова ко мне вернется и поворачиваю ручку входной двери. К этому моменту Нортон должна уже досчитать до тридцати, и я не надеюсь увидеть ее, но, очевидно, что с математикой у Пинки плохо.
С возмущениями о моей черепашьей нерасторопности, она врывается внутрь, и, бросив в меня сканирующий взгляд, тут же замирает:
— Рапунцель, твой чай был с особенными травами? Паршиво выглядишь…
