Когда перед Фэем и его подопечным внезапно вырос невероятных размеров мужчина, Роб сдавленно вскрикнул. Мужчина походил на медведя — каждый сантиметр его кожи покрывали толстые рыжие волосы, а где-то в мехе, между бородой и бровями, поблескивали по-звериному черные глаза.
— Смотрите, кто вернулся! — гигант сжал Кристиана в объятиях, а затем отступил на шаг, осмотрев сына с ног до головы. — И как всегда, весь в грязи!
Вспомнив про грязь Брюхвальдских проселочных дорог, засохшую на новых брюках, Фэй сморщился. Не таким он хотел предстать перед семьей после долгих лет разлуки.
— Отец! — без особого энтузиазма воскликнул он и нехотя похлопал графа по могучей спине. — А вы, как всегда, сначала говорите и только потом думаете, что сказали.
На счастье Кристиана, граф не расслышал его слов. Он продолжал вещать на весь зал в своей громогласной манере.
— Дорогая! Дорогая, будь добра, спустись к нам! Кристиан вернулся и привез с собой ужин!
— Так предусмотрительно с его стороны, дорогой,— отозвалась графиня де Ла-Морт с верхней ступени лестницы. Ее высокая стройная фигура в элегантном платье словно возникла из ниоткуда. Картинно поправив волосы, она принялась спускаться, шурша подолом и небрежно касаясь перил.
— Мама! — воскликнул Кристиан. Ее он был рад видеть чуть больше, чем отца.— Па все неправильно понял. Этот молодой человек,— он указал на Роба, которого уже сотрясала крупная дрожь,— не ужин. Он — один из моих подопечных и сегодня будет нашим гостем.
Граф еле слышно фыркнул, а его супруга широко улыбнулась. Пугающе широко, по мнению Роба.
— Мой сын, как всегда, заботлив и благороден. Весь в отца.
Роб трясся так, словно его донимал адский холод. Все жители Брюхвальда, от стариков до сопливых детей, знали: в замки знати соваться не стоило. Даже если жить не хотелось, существовали менее жестокие способы покончить с бренным существованием.
Он еще раз осмотрел собравшееся общество, осторожно водя взглядом над тарелкой. Граф, молчаливая графиня, два молодых здоровых парня, ухмылявшиеся через стол (двойняшки, как объяснил Фэй позже), и мрачного вида девушка с каштановыми волосами. Прекрасно одетые и причесанные, с ножом и вилкой, прожаренной едой на дорогой посуде, такие чинно-благородные и воспитанные... Кого они надеялись обмануть этой личиной? Оставались ли они такими приличными, когда отправлялись в леса? Когда обрастали шерстью и вставали на четыре лапы?..
Даже прекрасная отбивная не расслабила юношу. Не успокоил его и десерт, который он ковырял с особенным остервенением, скребя вилкой по дорогому фарфору.
— Зачем ты привел меня сюда? — возмущенно зашептал Роб, склонясь к уху Кристиана. — Смерти моей хочешь? Что ты за фея такая...
Но Фэй оставался спокоен. Аккуратно орудуя ножом, он разделил кусок мясного пирога на восемь небольших частей.
— Не надо бояться. Это — моя семья, а ты — мой гость.
— И вполне аппетитный,— негромко добавил насмешливый голос.
Кристиан метнул яростный взгляд на ухмылявшегося брата и щелкнул пальцами. Лицо Валентина вытянулось от удивления, и его рот наполнила густая черная шерсть. Волоски просочились даже между зубов, при виде чего другой брат, Фердинанд, быстро забыл все заготовленные остроумные комментарии.
