Критические статьи полностью

Полноте наслаждения немало содействовало превосходное исполнение, под управлением г. Балакирева, и прекрасный состав исполнителей. Массивные хоры Школы пели на этот раз положительно безукоризненно: крайне согласно, верно и с тщательным соблюдением всех оттенков. Г-н Васильев исполнил партию тенора соло вполне удовлетворительно. Вместо фисгармоники, на эстраде красовался настоящий большой орган великого князя Константина Николаевича, вследствие чего чередование органа с оркестром выходило очень эффектное. Про оркестр нечего и упоминать: превосходный состав его слишком известен публике, посещающей концерты, в которых исполняется серьезная музыка. Словом, лучшей обстановки можно желать разве только в смысле той, какая была при первом исполнении пьесы в Париже. Но такая обстановка, очевидно, немыслима ни для какого частного концерта.

Про верную и рельефную передачу духа сочинения и всех музыкальных красот берлиозовской партитуры также распространяться не приходится. Высокий дирижерский талант г. Балакирева оценен и признан как публикою, так и беспристрастными музыкантами; тонкий вкус, глубина понимания, обширная музыкальная эрудиция и крайне строгое отношение его к музыкальному делу также известны и были доказаны не раз. Отрицать это сознательно могут разве только те, кому есть какой-либо интерес в умышленном игнорировании истины.

Кроме «Те Deum’a» в концерте исполнена была еще одна из любимейших симфоний Бетховена — «Пасторальная». Она слишком известна для того, чтобы разбирать ее в подробности. Я напомню только, что в этой симфонии Бетховену показались уже тесными рамки условной сонатной формы и что эпизодическая буря, между скерцо и финалом, составляет громадный шаг в истории развития свободной симфонической музыки. Эпизод этот, лучший во всей симфонии, и до сих пор остается самым художественным воспроизведением бури в оркестре. Симфония была сыграна вполне безукоризненно. Не говоря уже об удивительной отчетливости и верной передаче самых тонких оттенков, все исполнение дышало жизнью и увлечением. Даже финал, несколько вялый и растянутый, вышел здесь как-то особенно оживленным.

При всех достоинствах симфонии, главный интерес в этом концерте сосредоточивался все-таки на «Те Deum’e». Оно и понятно: симфония слишком хорошо известна, пьеса же Берлиоза, помимо ее высокого музыкального значения, имеет для нас еще интерес новизны. Нельзя не сознаться, что было бы весьма желательно слышать «Те Deum» в подобном исполнении еще раз⁴. Такие капитальные вещи, богатые новыми и первостепенными музыкальными красотами, положительно требуют повторения.

Перейдем теперь к 7-му концерту Русского музыкального общества⁵. Концерт начался первым аллегро и анданте из недоконченной симфонии (h-moll) Ф. Шуберта. Обе части исполнялись у нас еще в первый раз. Первая часть (Allegro, ³/₄) написана в условной сонатной форме, ясна, проста по содержанию и разработке тем, свежа по музыке. Первая тема в басах и виолончелях рр очень хороша и сильна; быстро наступающая вторая-тема положительно слаба и напоминает дюжинный немецкий вальс. В этом Allegro всего лучше средняя часть, построенная на элементах первой темы; в ней много силы и новизны (взяв в расчет, конечно, что Allegro написано в 1822 году). Все же, что построено на разработке второй темы, большей частью слабо и довольно рутинно, даже для того времени. В противуположность большинству прочих сочинений Ф. Шуберта, это Allegro отличается замечательною сжатостью формы, отчего оно немало выигрывает в силе впечатления. Следующее затем Andante, также в условной сонатной форме (E-dur, ³/₈), вообще слабее и несколько растянуто; но и в нем есть весьма недурные и новые вещи по музыке (как хорош и оригинален, например, подход к первой теме в средине Andante!). Первая тема — общенемецкая, малозамечательная; вторая лучше, с пасторальным оттенком и отчасти славянским характером. Оркестровка обеих частей симфонии простая, скромная, но хорошая. В целом музыка эта должна быть причислена к числу лучших сочинений Ф. Шуберта.