Исчерпывающий анализ ошибок и противоречий, содержащихся в теории ценности (стоимости) Маркса. Автор одиним из первых обратил внимания на противоречия между I и III томами Капитала. Не ограничиваясь указанием на внутреннюю противоречивость теории Маркса, автор точно указывает тот пункт, в котором ошибка проникла в систему, а также те пути, по которым она распространилась и разветвилась. Продемонстрировав несостоятельность разработанной Марксом теории ценности и, следовательно, теории прибавочной ценности, Бём-Баверк разрушил экономический фундамент теории эксплуатации, лишив научного обоснования социалистические политические лозунги.
EUGEN VON B"OHM-BAWERK
Ойген фон Бём-Баверк
ZUM ABSCHLUSS DES MARXSCHEN SYSTEMS
К завершению марксистской системы
Перевод с немецкого А. Л. Реуэля под редакцией В. Н. Позднякова
DIE AUSBEUTUNGSTHEORIE
Теория эксплуатации
Перевод с немецкого Л. И. Форберта под редакцией М. И. Туган-Барановского
Ойген фон Бём-Баверк (1851–1914) – австрийский экономист и государственный деятель. Трижды был министром финансов Австро-Венгерской империи, назначался председателем Верховного апелляционного суда, избирался президентом Академии наук, являлся пожизненным членом верхней палаты парламента.
В знак признания заслуг Бём-Баверка на посту министра финансов, дважды выводившего страну из инфляционного пике, до введения евро его портрет был изображен на 100-шиллинговой банкноте.
Бём-Баверк внес важный вклад в разработку субъективной теории ценности и теории капитала и процента.
Он один из первых подверг критике теорию ценности Маркса, обратив внимание на противоречие между первым и третьим томом «Капитала».
Продемонстрировав несостоятельность разработанной Марксом теории, ценности и, следовательно, теории прибавочной ценности, Бём-Баверк разрушил экономический фундамент теории эксплуатации, лишив «научного» обоснования социалистические политические лозунги.
Как писатель Карл Маркс был счастливым человеком, которому можно позавидовать. Никто не станет утверждать, что его произведения принадлежат к числу легко читаемых и легко понимаемых книг. Для большинства других книг значительно меньший балласт трудной диалектики и утомительных дедукций, оперирующих математическим снаряжением, явился бы непреодолимым препятствием на пути проникновения в широкую публику. Несмотря на это, Маркс стал апостолом для самых широких кругов, и как раз для таких кругов, призванием которых отнюдь не является чтение трудных книг. При этом его диалектическая аргументация отнюдь не обладала безусловно бесспорной силой и ясностью. Напротив, люди, принадлежащие к числу серьезнейших и достойнейших мыслителей в нашей науке, как Карл Книс, уже с первого же момента выдвинули то, правда, не легко принимаемое, не подкрепленное солидными аргументами обвинение, что теория Маркса уже в самых своих основах отличается противоречиями всякого рода – как логическими, так и противоречиями с действительностью. Поэтому, казалось бы, что труд Маркса не должен был найти никакого признания: он не мог найти его у широкой публики, так как она вообще ничего не поняла в его трудной диалектике, ни у специалистов, так как они слишком хорошо поняли как эту диалектику, так и ее слабые места. Но в действительности получилось иное.
Влиянию труда Маркса не послужило помехой и то обстоятельство, что при жизни автора он так и остался одним лишь торсом[1]. Иной раз, и не без основания, в особенности недоверчиво относятся к одним лишь первым томам новых систем. Ведь в «общей части» общие принципы выглядят очень хорошо, но обладают ли они той силой, которую приписывает им автор и которая позволяет решить вопрос – это обнаруживается только при построении всей системы, если она только выстоит по отношению ко всем единичным фактам. И в истории науки далеко не редки случаи, когда за первым томом, выпущенным с большими надеждами и большими претензиями, второй том так и не последовал, несмотря на полное здоровье его автора, так как данная новая идея при более пристальном рассмотрении ее самим автором не могла выдержать решающего испытания фактов. Но Маркс не страдал от такого недоверия. Масса его приверженцев уже заранее оказала ему на основании первого тома безмерное доверие верующих также и по отношению к содержанию еще ненаписанных томов.
