Та-ак, что там у него имеется? Стащив с крупа переметные сумки, аркан с крюка на седле, сняв уздечку, в кулацком хозяйстве сгодится все, уселся неподалеку провести блиц ревизию. Не густо, но хоть что-то. В сумках нашлись размокшие от воды лепешки, а в матерчатом мешочке тонкие полоски вяленого мяса, судя по цвету - конина. При виде еды, желудок стал бурчать и дал отмашку на выделение слюны во рту. Старый провокатор! Успеешь нажраться, сначала дело. Так. О-о, повезло - нож! Свинорез приличных размеров, с деревянной рукояткой в кожаных ножнах пришелся по руке. На душе потеплело. Оружие в такой жопе, куда его привезли, это первое дело. Оружие - это жизнь! От удовольствия не удержался и прокрутил рукой нож, чередуя боевые положения хватов и отмашек, перебросил в другую руку и снова прокрутил. Мышечная память работала как часы. А-атлично! То, что доктор прописал! Дальше. А дальше у хозяйственного степняка обнаружились кожаные штанцы. Широкие, но коротковатые для наследника. Глянул на свои порты и понял, что пора рванье заменить. Рубаха. Чистая! И рубаха сойдет! Здесь они молодцы, им размеры не указ, штампуют видать по единому лекалу. Что еще? Дальше пошла мелочевка: с десяток наконечников для стрел, что-то похожее на причендалы для рыбной ловли, и скорее всего, устройство дикарей каменного века для добычи огня, другого назначения этой хрени он придумать не смог. Все! Другой подсумок был наполовину наполнен подмокшим овсом. Сгодится, если жрать захочет, а нечего!
Стараясь потреблять пищу неторопливо, он оприходовал сразу две хлебных лепешки, на вкус пресные и совершенно не соленые. Зубами рвал и пережевывал полоски конины. Эти были повкусней, но тоже без соли. Что у них тут, соль за белую смерть считают?
Насытился, сменил одежду. Подпоясавшись уздой, навесил на боку ножны с тесаком. Тонкую бухту аркана пропустил через голову и одну руку, прикинул по ощущениям, не стесняет ли движений. Вроде бы нормалек. Сунул мелочевку в подсумок с ячменем, не оборачиваясь, двинулся в сторону старицы. Пора было возвращаться хотя бы к людям одного с ним языкового племени.
Хлопотным оказался сегодняшний день. После утренних треволнений пришлось шагать без остановки, считай до самого вечера. Солнце медленно скользило по небосводу, погружаясь в кроны деревьев противоположного берега. Могучие дубы-исполины вытянулись к небу на все тридцать метров. Стоя на правом берегу у самой воды, притаившись, он смотрел на поваленное прямо в реку дерево, огромный ствол которого, перекрыл течение притока Донца, сотворил запруду. Наверное, в этом году в степи было много снега, а жаркое солнце марта, растопив его, подняло уровень реки так высоко, что вода подмыла корни этого дерева, и обрушила его в водный поток. Вечерний холодок наползал с реки на него, легко одетого молодого мужчину. Поежившись, он обернулся к дороге, непонятно кем построенной в этом богом забытом углу вселенной, замечая как в ветвях деревьев, растущих по низкому восточному берегу устраиваются на ночлег птицы, шебаршась и хлопая крыльями. Пройдет совсем немного времени и вся долина Донца погрузиться в сон, настанет время охоты сов, да быть может, к водопою потянутся дикие кабаны, тогда если из ножа сделать копье, можно было бы постараться, завалив небольшого подсвинка. За всем этим благолепием природы ему показалась скрытая угроза, что-то было неправильным, что-то было не так.
Он, всячески стараясь передвигаться как можно тише, сошел с полотна дорожного покрытия, давно не использовавшегося, покрывшегося трещинами и поросшей из них травой спорыша, протиснулся между веток кустарника с молодой ярко-зеленой листвой, поднялся на пригорок и тут же спустился в овраг, прошел по нему метров сто, чтобы снова подняться вверх. Обходил, таким образом, насторожившее его место. Дальше подползал со всеми предосторожностями, уже поняв, что впереди люди.
Добрался. Порыв ветра в ветвях заставил лес шуметь, перекрывая его потуги к подкрадыванию. Жизнь кипела в недрах донецкой поймы, в траве постоянно стрекотали насекомые. Теплый южный вечер преподнес сюрприз. У давешней застарелой старицы, превратившей рукав в крохотное озерко, у корневого комля, сваленного исполина, прямо перед широкой поляной расположились на отдых старые знакомцы. Вот уж не ожидал, что свидеться удастся! Ну и место выбрали - лохи! В двух шагах дорога, а они разомлели, беседу ведут. Видать мало жизнью шлифованы. Уродцы комнатные! Оружия ни у кого нет. Вышел к ним, обозвался первым.
-Привет, клоуны! Почему дозор не поставили, раззвиздяи?
Немая сцена.
-Не слышу ответа. Или по рабским кандалам скучаете?
-Так ведь кто нас здесь сыщет? - первым выпал в осадок дед Омыша.
-Я-то сыскал, значит и другие такой финт проделать могут.
Повскакивали на ноги, боязливо озираясь, вслушались в шум леса и реки.
-Ты, это... Ты как тут... - пытался сформулировать вопрос Хвощ.
