Интересное место. Ему открылось небольшое сводчатое помещение, к которому из-под всей цитадели стекались коридоры ливневых рукавов, что и следовало ожидать. Материалом для постройки послужил необработанный природный камень. Потолок -- трёхслойный кирпич, сложенный по принципу "бойниц", нечётное количество блоков, средний из которых замыкающий. Это помещение переходит в трубу, слегка сплющенную со временем от давления. Через пять метров -- небольшая комнатка, ещё примерно через пятьдесят -- бассейн с бортиком, причем заполненный водой, из него-то и сочится вода по полу коллектора. В этой комнатенке богатая фауна подземелья -- повсюду растут грибы, возвышаются сталагмиты и ниспадают разноцветные сталактиты. А чему удивляться - тёплая влажная атмосфера и антисанитарная обстановка, мало того, повсюду пыль. Ее здесь скопилось, наверное, не меньше тонны, а где ее нет, там ползет по стене плесень. Какая же невезуха! Где на полках вдоль стен покрытые пылью свитки пергамента, где окованные железом сундуки, наполненные золотыми и серебряными монетами? Где, черт возьми, россыпи драгоценных камней? Вот так и бывает, кому-то все, а кому-то шиш в кармане, да вошь на аркане!
Пока горел факел, успел добраться до противоположного выхода. Сразу за пустым проемом двери оказалась лестница, поднявшись по которой, уперся головой в закрытый деревянный люк, прикоснувшись рукой к которому, почувствовал, что плесень изнутри сожрала дерево, превратив его во влажную труху. Чуть приложи силу, и ты развалишь его в прах.
На поверхность попал к заходу солнца, его последние лучи золотили кромку стен внутри покоцаной временем крепости. Аккуратно выглянул из своего укрытия наружу во внутренний двор, заметил табунок оседланных лошадей. Не много, десятка три, и примерно столько же кочевников, ютившихся под навесом. Ясно. Группа быстрого реагирования. Из подвала сунулся, прошмыгнул в проем стены, поднялся по ступеням наверх, ползком добрался до места, с которого можно было обозреть внутренности замкового комплекса. В общем-то, все предсказуемо. Развалы строений и кучи мусора. На верхней площадке надворотной башни, вернее того, что от нее осталось, уткнувшись в россыпь блоков и щебня, "загорали" с десяток печенегов, разложив рядом с собой колчаны со стрелами и луки. Видно, что устали от безделья, разомлели на жарком солнышке, скорее всего, из последних сил дожидались смену.
Мозг выдал очередную порцию информации по цитадели. Нередко в замках строились двойные стены -- высокая внешняя и небольшая внутренняя. Между ними возникало пустое место, получившее немецкое название "цвингер". Нападавшие, преодолевая внешнюю стену, не могли взять с собой дополнительные штурмовые приспособления, громоздкие лестницы, шесты и прочие вещи, которые нельзя перенести внутрь крепости. Оказавшись в цвингере перед еще одной стеной, они становились легкой мишенью для лучников, в стенах цвингера имелись небольшие бойницы. Второй стены в данном укреплении не имелось, но зато прекрасно сохранились верхние галереи, правда лишенные навесов и крыш. С внешней стороны стены от галерей остался прочный бруствер в половину человеческого роста, на котором были регулярно расположены каменные зубцы, часть из которых не пострадала от времени, ветров и дождей. Кучками, по двое-трое человек, степняки несли вахту на галереях. Вот угловые башни были разрушены почти до основания, открывая через груды строительного мусора пробелы наружу со двора, выказывая пейзаж внизу долины.
Из дверного проема центральной башни, более-менее сохраненной временем, появился совсем молоденький, безбородый "павлин" в расшитом халате, опоясанный не дешевым оружием, за ним маленькая свита, человек пять окольчуженных воинов, все как один отмечены шрамами на лицах, с сединой в усах и бороде. Достойные противники! Отдельной строкой в коллективе аксакалов, рваной походкой пьяного пеликана, вышагивал неряшливый полустарок с нашитыми на одежду бубенцами, опиравшийся рукой на клюку. Память услужливо подсказала - шут. Одна-ако!
Павлин притормозил напротив навеса, заставив подняться на ноги "группу быстрого реагирования". На своем тарабарском наречии выдал тираду на повышенных тонах, иногда оглядываясь на саксаулов, или вполоборота поворачиваясь к ним. Песец, и этого ожидание достало, нарушил маскировку тишины! Видно не ты здесь самый умный, не ты организатор засады. Самый главный - ты, а вот умом еще не разжился. Опа, чуть не спалился! Вся дежурная смена на галереях, отвлекшись на лидера, перестала обращать внимание на происходящее за стенами, хорошо, что смотрели вниз, а то он тут выпал из реальности, разлегся как на пляже - урод комнатный! Спасают его только наступившие сумерки. Прикинулся ветошью за валявшимся поблизости обломком блока.
