Мы долго шли по узкому туннелю, освещая путь потайными фонарями. Кот тихо бурчал сквозь зубы, костеря на все лады тех, кто придумал такие узкие лазы. Я был согласен с ним, поэтому не стал объяснять главное достоинство узкого хода: один человек вполне сможет защитить его. Правда, большую армию по нему не проведёшь в замок: толпа вооружённых людей в таком тесном пространстве опасна для самих себя больше, чем для защитников замка. Да и не нужна мне пока большая армия. Никакое войско не нанесёт моему противнику такой урон, какой мы задумали.
Мы остановились в круглой пещерке, где наставник помог нам хоть немного отчистить пыль и паутину, собранную в давно не хоженном туннеле.
– Мы будем ждать вас на поляне у выхода, - напомнил наставник и решительно надавил на хитрый камень.
Лиандир заверил нас, что с другой стороны неприятности нас пока не ждут. Кот и наставник навалились на стену, сдвигая потайную дверь. Мы не стали закрывать её до конца, кто его знает, в каких условиях будем возвращаться.
В неярком свете фонарей мы и продолжили наш путь уже под территорией замка. Этот ход был незнаком мне, о нём знали только мой отец и учителя Королевских телохранителей, поэтому я шёл медленно, выискивая знаки, о которых говорил мне наставник. Серые, необработанные камни напомнили мне о древности этих стен. Пусть наверху от древнего замка почти ничего не осталось, здесь, под землёй, он продолжал жить, и на его останках построен мой дворец. Остановившись, я погладил влажные шероховатые камни. Кот удивлённо посмотрел на меня, а Лиандир меня понял.
– Жизнь людей так коротка, - прошептал он. - Вы приходите на короткий миг и уходите в никуда, оставляя память, которую невозможно уничтожить, в отличие от ваших хрупких жизней. Даже переделывая, изменяя то, что было до вас, вы оставляете кусочек прошлого, сокрыв его под блеском настоящего. Ты чувствуешь это, король?
Я понял, что он назвал мой титул, а не прозвище. Я кивнул:
– Здесь прошлое, которого я не знаю, оно осело влагой на стенах, оно было давно, но есть и сейчас. Оно будет, когда я уйду, и мои дела станут лишь достоянием истории. И сам я стану прошлым, безликой тенью заполню коридоры дворца, пылью скопившись в тёмных углах. Почему так, эльф?
– Ваша жизнь коротка, и только в стремлении изменить вы можете как-то оставить свой след в песках времён. Отец считает, что срок вашей жизни - ваша страшная беда, но и ваше огромной счастье. Ваши мятущиеся души ищут бессмертия, и обретают его лишь в деяниях своих, но будь вы долгоживущими, вам бы не нужна была эта беспокойная борьба со временем. Эльфы, живущие в гармонии и к гармонии стремящиеся, не видят течения времени так, как видите его вы. Мой отец знал твоего деда ребёнком и, возможно, увидит, как состарятся твои внуки. Возможно, я увижу, как в твой дворец придёт запустение, и с грустью буду вспоминать юного короля, которому повезло не увидеть того. Мы видели, как мир менялся, как вы изменяли этот мир. Мы видим то, что происходит, и можем вмешаться. Менять мы не можем. Я слышал, когда наши народы встретились, многие эльфы противились нашему общению. Ваша сила чужда нам, и только короткий век примирил нас с вами. Перемены - ваша сущность, нам трудно понять её.
– Эй, мудрецы! - Окликнул нас Кот. - Может, хватит, а?
Пожалуй, Кот прав: дворцовые подземелья - не самое подходящее место для бесед о сущности времени и человеке в нём. Мы пошли дальше, продвигаясь к "обитаемым" уровням тайного лабиринта, где я уже хорошо ориентировался. Хотя мне давно уже не приходилось там бывать, я часто представлял себе ходы лабиринта, составляя разные маршруты. Вот и довелось мне воспользоваться одним из них.
Трудность была в том, что королевская сокровищница, куда мы так стремились, имела только один, официальный, вход. И в коридор, ведущий к ней, из потайного хода тоже не вылезешь. А ближайшие к сокровищнице ответвления хранили не только следы активного изучения лабиринта, но и ловушки, как магические, которые засёк Лиандир, так и обычные, вроде охотничьих. Пришлось нам задуть свечи наших фонарей и выйти "к людям" довольно далеко от цели.
Место для выхода я выбрал хорошее: ни стражи, ни слуг здесь отродясь не ходило. Иногда, правда, влюблённые парочки забредали, ну да от них мы спрятаться всегда успеем. Предстояло преодолеть половину дворца, да ещё вернуться обратно с короной. И где были мои верноподданные, когда я вылазку планировал?! Почему они не отговорили меня от такого безумия?! Видимо, я пробормотал свой вопрос вслух, потому что Кот усмехнулся:
– Раньше думать надо было, а теперь нечего на подданных свои решения сваливать! Твоя идея - тебе и отвечать.
– Ага, а кто говорил, что идеи - самая большая моя ценность?!
– И сейчас скажу, если ныть перестанешь. Чегой-то на тебя нашло?
– Страшно мне, - честно признался я.
