Х: Я просто отправил ему сообщение, в котором говорилось, что дайте нам знать, как Вы можете общаться с ними после того, как Вы покинете то место, чтобы мы могли общаться с ними, если возникнет какая-либо необходимость. Мы включим это в то же сообщение – хорошо? Я думаю, что будет хорошо сделать это точно в таком же духе.
К: Мы можем передать Сиануку еще одно сообщение? Спросить, как мы можем связаться с ним в Пномпене, если нам нужно выбраться до этого… что мы хотели бы оказать ему некоторую поддержку.
Х: Если он доберется до Пномпеня?
К: Ага.
Х: Вы знаете, что есть кабельное сообщение; будет ли этот канал еще работать – другой вопрос. Если он доберется до Пномпеня.
К: Ага.
Х: У нас пока нет информации о том, что Сианук согласился поехать в Пномпень.
К: О, нет.
Х: Я думаю, это может быть следующее сообщение Сиануку.
К: Вы можете это тоже отправить?
Х: Мы скажем [главе пекинской миссии связи Джорджу Г. У.] Бушу, чтобы он имел в виду, что, когда Сианук вернется к нему и скажет: «Хорошо, я готов отправиться в то время», он должен спросить его…
К: Нет, он должен спросить его раньше.
Х: Раньше?
К: Он должен сообщить ему, что мы думаем о выводе оттуда нашего посольства.
Х: Что ж, если мы сделаем так, – я откладывал разъяснение ему этого, потому что это могло бы подтолкнуть Сианука к тому, что он ни черта не станет делать. Потому что он подумает: а) если нас не будет там, у него не будет никакой защиты, и б) …что все кончено, так зачем на что-то соглашаться? К черту это.
К: Хорошо. Он узнает до завтрашнего утра.
Х: Да, к тому времени нас, конечно, не будет.
К: Но тогда и сделки не будет.
Х: Сделка все еще существует, потому что сделка больше не зависит от нас. Она зависит от того, объявят ли камбоджийцы публично то, что он хочет, чтобы они объявили, то есть…
К: Послушай, тебе лучше придумать средство связи – с Сиануком в Пномпене – и сообщить ему об этом за два часа до выполнения нами операции по эвакуации «Орлиная тяга».
Х: Хорошо.
К: Сказать, что мы уходим, но мы хотим, чтобы он знал, что это средство, с помощью которого он может связаться с нами, и, как только он сможет обеспечить безопасность персонала посольства, мы вернем их.
Х: Хорошо.
К: Ты понимаешь, о чем я?
Х: Ага. Ага. Пусть Дин ждет в Бангкоке, рядом, наготове.
К: Совершенно верно. И Дин тоже должен сказать об этом остальным.
ПОСОЛ ХАБИБ – КИССИНДЖЕР
Пятница, 11 апреля 1975 года
10:25 утра
…
К: Извини, что снова беспокою тебя. Еще один вопрос: я пытаюсь освежить свою память, потому что я собираюсь снова увидеться с президентом через несколько минут, – мы разрешили нашему посольству обратиться к Сиануку много недель назад, не так ли?
Х: О да.
К: Каков был его ответ?
Х: Ответ был такой – помните, когда он попросил нас вернуть ему культурные ценности. Мы вернулись к этой теме и сказали, что готовы обсудить любые политические вопросы. Он ответил, что для него неуместно обсуждать политические вопросы.
К: Нет-нет, это я помню. Но разве мы не раньше в какой-то момент…
Х: Да, мы отправили сообщение через китайцев – это было в феврале или позднее; минутку, г-н Миллер [референт] в моем кабинете. ([Миллеру] Когда мы обратились к китайцам и сказали им – передайте сообщение Сиануку, что мы хотели бы встретиться с ним или одним из его представителей, помните, что Вы это готовили – это было в феврале.) В феврале Вы лично – я сделал это, а затем Вы лично сказали Хань Сюю [главе Миссии связи Китая в Вашингтоне] передать сообщение, что мы будем готовы встретиться с Сиануком или его уполномоченным представителем.
К: У нас так и не было ответа.
Х: Мы так и не получили ответа.
К: Как ты думаешь, они это передали?
Х: Я уверен, что это так. […]
К: Значит, мы не упустили возможности вернуть его раньше?
Х: Нет, сэр.
К: Хорошо.
Х: Конечно, в январе у нас была французская инициатива.
К: Ага.
Х: В декабре.
К: Конечно, ты не знаешь, что [они] передали.
Х: О, они передали это, потому что, помните, тогда мы передавали то же самое.
К: О, верно. Как мы это передавали?
Х: Через китайцев.
К: Ага. Хорошо. Отлично.
Х: Все в порядке.
К: Теперь моя совесть чиста.
Х: Нет, недостатка в усилиях нет.
К: Верно. Если бы твоя компетентность соответствовала твоей лояльности, мы, возможно, не потеряли бы так много стран.
Х: Ага. Спасибо.
…
К: Послушай, ты проделал героическую работу, и президент полностью поддерживает тебя. Я объяснил ему операцию по эвакуации под кодовым названием «Орлиная тяга» сегодня утром. Он полностью поддерживает ее. Так что не волнуйся по поводу каких-то там утечек.
<p>Проведение эвакуации</p>ТЕД КОППЕЛ, ЭЙ-БИ-СИ НЬЮЗ, – КИССИНДЖЕР
Пятница, 11 апреля 1975 года
13:04
ТК: Я разведал об эвакуации из Камбоджи, я знаю о критических аспектах следующих нескольких часов, и я не буду использовать эту историю до сегодняшнего вечера, до 18:00. Но мне нужно знать масштабы и о том, кто вовлечен. Вы хоть представляете количество?
К: Это несколько сотен. Остававшиеся американцы и некоторые камбоджийцы, численность которых нам пока неизвестна.
ТК: Есть идеи? Десятки? Сотни?
