Ард вздохнул, отпил из выданной ему Киром кружки с северным оленем (подарок Лерки на первое апреля пришелся как нельзя кстати) и усмехнулся:
— Мой прайд стоит к нему ближе прочих. Вовсе не потому, что мы сильнее или пользуемся непререкаемым авторитетом. Так вышло.
— Да я уже понял: все у вас не как у людей.
— И когда ты выжил, оправился от ранения, а затем ушел, отказавшись от любого общения, присматривать за тобой попросили именно нас. Не скажу, будто мы были в восторге. Я, по крайней мере.
— А в тот раз? — Кир нахмурился. — Вас все-таки позвал Диман или вы шли по моему следу?
— Ты зря не учитываешь случайностей, Ки-И-рилл. Твой бывший напарник в наших кругах был известен как охотник за деньгами, имевший некоторое отношение к органам правопорядка, а значит, обладавший информацией, связями и умениями.
— Еще и у нас зарплату получал, — добавил Кир.
— Я знаю, у вас сотрудничество еще год назад не приветствовалось.
Кир покачал головой и заметил:
— Будь так, мы бы с тобой не работали. Вот наемничество… пахнет очень дурно, Ард.
— Наверное, хотя мне сложно вникнуть в нюансы. Когда наемничество перетекает в сотрудничество?
— Когда не встает вопрос об оплате, — сказал Кир, даже не задумавшись. — Здесь, те же механизмы, как с дружбой: я помог тебе в одном и не попросил ничего взамен, ты мне — в другом и тоже бескорыстно, при этом подобным взаимодействием мы дорожим, не хотим потерять и на мнение друг друга не наплевать, оно учитывается так или иначе. Когда же вот это все подчинено решению конкретной задачи, к примеру, поиску похитителей Ижи, можно говорить о сотрудничестве. Мне почему-то не все равно, что с ней будет, а потому ублюдков я очень хочу найти. И при этом, я не рассчитываю на некое ваше вознаграждение, скажу больше: оно мне не сдалось на фиг.
Ард замолчал на некоторое время, видимо переваривая информацию, а может, пытался встроить ее в свое понимание людей, не обдумывая, а как некий факт.
— Димана мог нанять любой за соответствующее вознаграждение, значит, он наемник? — уточнил он.
Кир кивнул.
— Угу… ну, значит, я, вероятно, теперь понимаю, почему очень не хотел иметь с ним дела. Значит, это был не расизм, а просто пренебрежение к наемничеству, так?
— А вот не знаю, — усмехнулся Кир. — Меня вот Диман считал нацистом, хотя хоть убей, не пойму почему не расистом. Мне кажется, человечеству надо было выдумать новое слово… видист, например, но стало лень, вот и происходит постоянная путаница. Люди и фанги — разный вид или разная раса? Уж национальность причем здесь, понятия не имею.
— Ты меня спрашиваешь? — рассмеялся Ард. — Кто бы объяснил, зачем вы, люди, цепляетесь к словам, и все усложняете. Когда Ижи пропала, я готов был ухватиться за любую возможность. За твоего бывшего напарника в том числе.
— А Диман позвал меня.
— Так и есть. А потом ты спас Ижи и все окончательно запуталось.
— Я услышал ее зов, — наверное, стоило рассказать Арду сразу, уж кто-кто, а он, вероятно, смог бы объяснить, что это значит.
Кир ждал изумления, даже потрясения, однако фанг только пожал плечами, заявив:
— Неудивительно. Ведь в тебе было много сангри на тот момент.
«Вот и объяснение нашлось. Причем элементарно простое», — подумал Кир, однако Ард не стремился его успокоить и тут же выдал:
— Тот, которого ты зовешь Доком, существует очень давно.
— Долго, — машинально поправил Кир.
— Его возможности простираются дальше любого из нас, — Ард не обратил внимания на замечание. — Ты уже знаешь: когда нам плохо, мы утрачиваем способность мысленного общения.
Не утрачивай ее фанги, не случались бы над ними расправы во время конфликта слияния, так что Кир знал не «уже», а давно, но акцентировать на том и напоминать не самые лучшие времена, не стал.
— Невозможно вернуть того, кто уже шагнул за грань существования, Ки-И-рилл, но он сумел это сделать, перелив в тебя собственную сангри.
— Хочешь сказать, я оживленный труп?
— Еще скажи вампир, — фыркнул Ард. — Трупы не оживают, Ки-И-рилл. Тебя поймали и вытянули в жизнь за волосы, а главное, сумели удержать.
Кир вспомнил все свои мучения в клинике и сглотнул.
— Было бы ради кого стараться, — проговорил он одними губами, но Ард услышал.
— Ритуал вызова на смертельный поединок дошел до нас с настолько древних времен, что никто о них не помнит, — сказал он. — По-моему, он — истинное зверство, и действительно не оставляет выбора иного, чем потеря существования одним из сражающихся. А заключается он в том, что убивают первенца того, кого вызывают. Причем не обязательно собственными руками, даже лучше бы чужими и самым отвратительным из придуманных поединщиком способов.
— Значит, для вас нет ничего хуже избиения до полусмерти и попадания к стайрам? — спросил Кир.
— Разве не вы страшитесь стать для нас дойными коровами, Ки-И-рилл? — вопросом на вопрос ответил Ард.
