Холодные мокрые руки нащупали моё предплечье и нежно проскользили вдоль, прямо до стяжки, которой были связаны мои. Я почувствовала мурашки по коже и постаралась скрыть волнение. Я его ненавижу, ненавижу.
— Они тебя не связали? — спросила я.
— Нет, — выдохнул парень и отпустил мою руку. Я слышала, как он присел и затем снова подошёл ко мне. Да уж, в этой темноте невозможно нормально поговорить. Я почувствовала, как что-то обернулось вокруг стяжки.
— Потерпи, будет немного больно. Попытаюсь разорвать её шнурками.
— Л-ладно, — запнулась я. Ну почему, чёрт возьми, похититель забрал обувь у меня, а не у него. Холодно и отвратительно. Нечестно!
Том начал двигать шнурками по стяжке туда-сюда. Наконец послышался довольный выдох.
Я расплакалась. Как же хорошо быть снова свободной. Запястья ужасно болят, но сейчас я могу хотя бы двигаться.
— Спасибо.
— Не за что, — послышалось откуда-то снизу. Наверное, он завязывает шнурки. — Давай найдём выход. Чем быстрее мы выберемся отсюда, тем лучше.
— Правильно, — ответила я и прислонилась к стене. Не понимаю, почему не заметила этого раньше, но стена и правда отличалась от всех остальных. Более гладкая.
Вдруг послышалось что-то, похожее на жужжание. Я припала ухом к стене и прислушалась.
Загорелся свет. Я внезапно почувствовала пронзительный звук микрофона, за которым последовал стук по нему. Мы закрыли уши и съёжились.
— Добрый вечер, — послышался искажённый голос. — Или же сейчас утро? О, Боже. Сложно сказать, особенно когда вы заперты в комнате без окон, не правда ли?
Мы взглянули друг на друга. Том выглядел дерьмово, хотя я, наверное, не лучше.
— Вы вдвоём одержимы победой, так давайте сыграем в одну маленькую игру? — продолжил человек на другой стороне. — В этой комнате есть выход. Вы должны найти его, пока время не закончилось. О, или пока вас не затопило.
Запись прервалась. Послышалось бульканье воды, которое становилось всё ближе и громче, пока…
— Чёрт! — закричал Том, когда одна из крышек водонапорных труб отлетела в сторону. Вода рванула из трубы с огромной силой.
Я осмотрела стену, чтобы найти выход, но все стены были одинаковыми.
— Я ничего не вижу! Мы должны как-то выбраться отсюда! — закричала я.
Том взглянул на место, куда отлетела крышка от трубы. Там осталась большая вмятина.
— Здесь! Ты видишь это? Скорее всего, выход именно тут, надо просто… — он попытался сдвинуть стену, толкнув её против воды, которая быстро заполняла маленькую комнату. Он сдвинул её и открыл дверь лифта, находившегося за стеной, повернувшись ко мне. — Быстрее!
— Как ты узнал, что выход здесь? — вода достигла моих колен, но я просто не могла ничего сделать: он слишком подозрительный. Том быстро нашёл выход.
— Что это значит, Грейнджер? Твою мать, поднимайся быстрее, если не хочешь утонуть!
Не хотелось признавать, но он прав. Я не собираюсь умирать здесь, поэтому поднимаюсь вместе с ним. Комната быстро заполнилась водой. Том нажал на кнопку, мы пошатнулись и начали спускаться. Я взглянула на него. Свет осветил его лицо, когда мы поднялись выше. Том посмотрел на меня, а на его лицо упала тень. Тогда я увидела что-то ужасное: лицо парня преобразилось. У него не было волос, носа, только серая кожа, кроваво-красные глаза и жёлтые зубы.
Я закричала и отскочила от него, больно ударившись о лифт.
— Держись от меня подальше! — постаралась отодвинуться от него как можно дальше.
Двери лифта открылись. При свете Том снова был похож на себя, а не на монстра из моих ночных кошмаров.
— Что, чёрт возьми, с тобой не так? — он взглянул на меня, как на сумасшедшую.
— Ничего. Я просто увидела что-то. Не обращай внимания, — я поднялась и вышла из лифта вместе с ним.
Я ему не верю, поэтому буду следить за ним.
***
Психиатрическая лечебница Святого Мунго. Наши дни.
Гарри кивнул в знак согласия и последовал за мужчиной, проходя по многочисленным коридорам.
— Я должен вас предупредить, мистер Поттер, что не встречал таких случаев диссоциативного расстройства личности раньше. Эти люди не понимают, кто они и где. Будучи одной из личностей, они свято верят, что являются именно этим человеком и больше никем. В нашем случае есть две личности, но мы всё еще наблюдаем. Одна из них – обычный студент Кембриджа: дружелюбный, обаятельный, умный, абсолютно нормальный. А вот другая личность… — старик вздрогнул и остановился. Он фальшиво улыбнулся. — Я могу сказать, что этот человек плохо влияет на других пациентов, поэтому мы держим его в одиночной камере.
Гарри нахмурился, не зная, что сказать, но всё-таки решился:
— Плохо влияет?
— Да. Эта личность называет себя Лорд Волдеморт, — они снова продолжили идти, завернув за угол. — Лорд Волдеморт умеет убеждать. А это не очень хорошее качество, учитывая, сколько здесь психически нездоровых людей.
— Да, точно, — безучастно ответил Гарри, уставившись в пол.
— Ещё… были кое-какие инциденты.
***
Неизвестное место. Три месяца назад.
Мы стояли на платформе прямо над той комнатой, которая полностью заполнилась водой.
— Сюда, — сказал Том, и я последовала за ним.
