– Офис, дом, квартира Крис, «Мусорный бак» и кафе бабушки. Пусто… Фурки и Ронни сейчас проверяют парки, Эд бегает по Старому городу, а Марси на месте преступления вместе с ребятами Вика и близнецами.
– Есть информация о нападавшем на нас?
– Каком нападавшем? Был просто взрыв газа в доме родителей Крис, правда, непонятно как, там никто не жил долгие годы…
– То есть, еще одного тела там нет?
– Нет, только щепки остались от дома…
– А как прошло с Марго? – осенило меня.
– Никак, Аид продал ей, что она попросила, и выпроводил за дверь, хотя девочка молодец, пыталась ему на жалость надавить.
– Поезжай к вашему порту, посмотрим там.
Я вспомнил, как после того, как мне сказали, что моя жена погибла, я уехал туда, где мы когда-то банально первый раз поняли, что это оно, ради чего стоит принять всех наших тараканов и просто быть вместе. Это был маленький пустынный пляж, который я посещал еще в детстве, и, ткнув пальцем в небо, надеялся, что он присутствовал и в этой реальности.
Я оглядывал пустые улицы и думал, как смогу посмотреть в глаза Дэйлу, что мне сказать, как поступить… Он притащил меня в этот мир, чтобы сделать его лучше, а на деле я оказался бесполезен, так еще и его, нашу, школьную любовь не уберег.
– Смотри, там кто-то есть! – Арчи слегка притормозил, указывая на тёмную фигуру на песке, едва различимую в надвигающихся сумерках.
– Останавливайся, я пойду первым.
Я сжал челюсть так, что ощутил скрежет внутри головы.
– Наблюдай за нами, но если он начнет меня бить, не вмешивайся.
– Да что ты такое говоришь?..
– Просто сделай, как я сказал.
Усилием воли я вышел из машины и, борясь со щемящей болью в груди, двинулся к скорбно ссутулившейся фигурке. Я не знал, что говорить. Я умел шутить, язвить, иронизировать, ругаться, но что делать в ситуации, когда твой друг, так сказать, разбит на кусочки, и ты виноват в смерти любви всей его жизни. Шаг за шагом… Я твёрдо был уверен, что Дэйл просто ударит меня, накричит, возможно, убьет. И я был готов к этому, потому что, если был бы хоть какой-то шанс тогда, в день смерти Марси, прибить виновника, даже косвенного, я бы это сделал и не жалел.
Я сел рядом с ним и коснулся подрагивающего плеча.
– Дэйл, посмотри на меня.
Он поднял голову и резко отшатнулся от меня. Мертвенно-бледное лицо, разбитые костяшки пальцев, красные глаза и градом катящиеся слёзы. Рубашка промокла и испачкалась кровью, прилипая к телу, делая его всегда мужественный облик каким-то детским и беззащитным.
– Я… Я не смог, я не смог спасти ее, – выдавил я, смотря в пустые глаза своего двойника. – Я не смогу ослабить твою боль, но ты должен знать, что я сожалею и понимаю тебя, как никто другой.
– Что ты чувствовал, когда умерла Марси?..
Я замер от глухо прозвучавшего голоса. Что я чувствовал… Вопрос не в этом. Вопрос был в том, как я чувствовал?
– Боль, – просто кивнул я. – Нереальная боль, смешанная с жалостью к себе, горе, страх, злость, да все эмоции, которые есть в мире, только приправленные ужасной болью.
– Почему ты не смог спасти ее?
– Я… я не знаю. Я пытался закрыть ее, пытался подставить себя под удар, но не смог.
– Что мне теперь делать?
Меня передернуло. На этот вопрос у меня ответа не было. Я сам не смог найти его, решить, куда и как я должен двигаться после трагедии, пока не попал сюда. Только здесь, увидев Марси живой, хоть и сломленной, я почувствовал себя живым.
– Пережить похороны, а потом собирать себя по кускам, – честно ответил я. – Потом придет осознание, что ты теперь один, будет еще больнее. А потом эта боль станет тише. Она не уйдет, а просто останется с тобой надолго.
Дэйл всхлипнул и закрыл лицо руками, размазывая слёзы и кровь по коже. Я крепко сжал плечо и посмотрел на линию горизонта, мечтая просто войти в воду и никогда не выходить обратно.
***
Дни до похорон тянулись беспросветным серым пятном. Мы приезжали в управление, листали отчеты в поисках зацепок, но было пусто. Ни погибшей фигуры, которую я чётко видел перед Крис за секунды до взрыва, ни внятной причины взрыва.
Ни-че-го.
Было тихо и больно. Дэйл с помощью Марси готовился к похоронам, регулярно напиваясь в «Мусорном баке», и под конец просто приходил ко мне и проваливался в пьяный сон на кушетках, просыпаясь по ночам от собственных криков. Я чутко чувствовал его состояние и не вмешивался. Потому что знал, что сейчас творится в его душе. Ему так сейчас будет лучше.
В день похорон на местном маленьком кладбище рябило в глазах от чёрного цвета. Территорию оцепили ребята Вика, что сильно нервировало меня, потому что желающих проститься пришло много, но они пускали лишь самых близких.
Дэйл был бледен, но собран, сжимая челюсти и кулаки, словно боялся сорваться и показать слабость дрожащими губами или случайно сорвавшимся всхлипом.
