Со стороны южан послышись резкие непонятные звуки, и над головами вражеских пехотинцев стремительно понеслись тёмные точки. Наши солдаты поспешно вскинули щиты, но от этой угрозы они не спасали. Вот один снаряд ударил по шеренгам, вот второй, третий. В одном месте вояки на миг расступились, я успел увидеть падающее тело с жалкими ошмётками, оставшимися вместо головы, в других местах с ужасом и болью кричали сразу несколько человек.
— Мерзавцы стреляют из баллист свинцовыми шариками, — прокомментировал неугомонный адмирал.
Хорошо, что тяжёлых машин у врага нет. Авангард Тхата торопился, вот и двигался налегке. Окажись у них катапульты, подобные нашей…
Впрочем, а что бы изменилось в таком случае? У них и так есть всё для быстрого нашего уничтожения.
С лихвой запаслись.
— Господин Гедар, мы уже можем достать до их центра двухпудовым, — вновь заговорил мастер-инженер и с опаской добавил: — Их маги могут начать бить до того, как окажутся на дистанции пятипудовых.
— Напомни, сколько вам надо времени для зарядки россыпи снарядов? — спросил я, прекрасно зная ответ.
И он оказался именно таким:
— Вы до тридцати сосчитать вряд ли успеете. Механизм взведён, осталось только гнездо россыпное в ложку установить. Вы ведь шары заранее приказали по ячейкам распихать, так что всё готово. Но бить надо почти на дистанции пятипудовых, а это вот-вот уже.
— Дай мне немного времени, — сказал я, спешиваясь.
Гнездом на сленге инженеров называлась круглая штуковина, изъязвлённая отверстиями, в каждом из которых перед заряжанием помещался каменный снаряд размером с шар для боулинга. При выстреле они некоторое время летели вместе, после чего отделялись от матрицы, и устремлялись к целям по своим траекториям, более-менее равномерно накрывая некий эллипс поражения.
Гнездо готово, шестнадцать шаров наполовину выглядывают из деревянных укрытий. Остаётся последний штрих, и можно заряжать.
Приходящий Во Снах прав, функционал рун чертовски неполноценный. И одной лишь зубрёжкой многочисленных узоров дело не поправить, мне многого не хватает.
Но кое-какие мелкие фокусы уже сейчас могу показывать. В том числе вот этот. Проворачивал его в последних походах в Лабиринте. Испытывал, экспериментируя с рунами. И хотя катапульты у меня тогда не было, это ничего не меняет.
Принцип тот же.
Раскрыв маленькую сумку из пропитанной воском ткани, достал первый, так сказать, «модификатор снаряда». Невзрачный комок липкой сероватой смолы. Именно из-за неё пришлось использовать воск, к нему она не приставала.
А вот к камню пристала прекрасно. Теперь прижать, чтобы держалась крепче, и потянуться за следующим комком.
На десятом шаре мастер-инженер не выдержал:
— Господин десница, это что? Алхимия какая-то?
— Нет, это кое-что получше алхимии. Гораздо получше…
А вот и шестнадцатый готов. Но это ещё не всё, остаётся последний штрих.
Самый главный.
Смола выглядит невзрачно, как и полагается выглядеть смоле, но в ней скрываются золотые пластинки, исписанные рунами.
И кое-что ещё.
Мне сейчас подвластны лишь самые простейшие рунные конструкты, да и те не все. Причём лучшие из них получается поддерживать не больше минуты. И они же, увы, самые бесполезные, с простейшими эффектами. Сложные взаимосвязи между ними мне тоже недоступны, а долговечность несложных столь же мизерная.
Главный конструкт на каждой пластинке одинаков, он отвечает за цепочку элементарных команд. Если перевести в привычный язык, приблизительно она звучит так: «Стабильность 23 секунды». Проверено не раз, не два и даже не сто раз, и я точно знаю, что свои двадцать три секунды он продержится.
На него прицеплены ещё три конструкта: «Прикрепление к камню», «Максимальная сила для Жизнь» и «Разрушение». Они, фактически, вообще не имеют собственного времени существования, исчезают сразу после завершения действия «Стабильности», включаясь перед этим на кратчайший миг. Но до этого момента в связке продержатся, не растеряв удерживаемую силу.
Тоже проверено.
Насчёт «Максимальной силы для Жизнь» ни малейшей уверенности нет. Нет, я знаю, что она не сработает раньше времени, я просто не уверен, что она действительно оказывает какое-то влияние. Но на всякий случай пускай будет, вдруг действительно что-то добавляет.
В «Прикреплении к камню» уверен. Полёт снаряда — лотерея непредсказуемая, при ударе по людям и земле комок смолы может оторваться, несмотря на «Стабильность». Это вряд ли скажется на результате, разве что прилипнет к копыту коня, который быстро поскачет куда-то на свободное пространство, увозя всадника со срочным донесением. Маловероятная ситуация, но вдруг не повезёт, так что пускай будет.
Также полностью уверен в «Разрушении». Двадцать три секунды, и снаряды в труху разлетятся. Нет, они не превратятся в подобие осколочных фугасов, эффект мне требуется для, так сказать, толчка, что пробует последний, главный элемент, не имеющий отношения к рунам.
— Заряжайте, — скомандовал я и строго добавил: — Но не вздумайте выстрелить без команды! Своими руками казню!
