— Господин министр, — перебивает его Ларедо, — могу я узнать, куда направляется ваш самолет?
Господин министр никоим образом не ожидал, что его перебьют. Он наклоняется к пассажиру, сидящему по другую сторону от Ларедо. Короткий обмен репликами. Между рядами сзади возникает половина женского лица. Руки в униформе стюардессы тянутся к креслам, раздают напитки и подушки. Мальчика больше не видно.
— Ларедо, — произносит министр с печалью в голосе, — я не хочу приукрашивать нашу ситуацию. Нас эвакуируют…
— Это я понимаю, господин министр. Вопрос был о том, куда вы направляетесь.
— Самолет летит в Осло. Это один из последних рейсов. Его зафрахтовало сразу несколько компаний. Вместе с нами летят и семьи.
«На север, на север» — повторяет Ларедо, вспоминая о своей жене и детях.
— Господин министр, есть что-то такое, чего я не знаю?
— О чем вы?
— Я что-то упускаю из виду?
— Кажется, я вас не понимаю.
— Вы сказали, что летите в Осло. Известно, что в Осло более безопасно?
По обе стороны от высокопоставленного собеседника слышатся голоса: Агирре и другой спутник советуют министру что-то неслышное для Ларедо. Но министру не до советчиков, он пристально смотрит на Ларедо. Как будто только что осознал, что двухмерное лицо, с которым он общается, принадлежит человеческому существу из плоти и крови.
— Ларедо, мы движемся к
— Как давно вы это знали, господин министр?
— Ларедо, у вас есть новая информация для господина министра? — перебивает Агирре.
— У меня есть. Но я не знаю, есть ли у господина министра информация для меня.
— Вашу мать, дайте мне поговорить! — взрывается министр. Этот косноязычный спор при нестабильном изображении начинает веселить Ларедо. Лицо министра склоняется ближе. — Ларедо, меня известили всего месяц назад. И мне известно, что и другие члены кабинета знали не больше моего.
«
— Месяц назад, — повторяет он вслух.
— Да.
— Могу я узнать, что вам сообщили?
— Произойдут… беспорядки вследствие биологической опасности. Люди будут двигаться группами и уничтожать друг друга. Города опустеют. Меры начали принимать заранее.
— А теперь? — Фразы Ларедо звучат как выстрелы — сухие и резкие.
— Теперь мы получили приказ укрыться в безопасном месте и оттуда руководить операциями по… восстановлению.
«Месяц назад», — повторяет про себя Ларедо. Он вспоминает, как молодой нервозный Вассенир инструктировал его три дня назад. Вертолет трясется, и Ларедо выделывает цирковые пируэты, удерживая открытый ноутбук одной рукой. В одно мгновение перед его глазами прокручивается мультик: тонущий корабль и прыгающие за борт крысы. Он даже представляет себе момент, когда нарисованный нос погружается в море, представленное двумя волнистыми линиями. Ларедо начинает понимать или принимать то, что понимал и прежде: «Это не он стоит за стойкой в отделе жалоб. Это я». Он чувствует себя игрушкой-мишенью в балаганном тире.
Но если ему уже нечего терять, он, по крайней мере, попробует открыть ответный огонь.
— Карлос Мандель, — говорит он в камеру. — Вам знакомо это имя, господин министр? Вот сеньору Агирре оно знакомо. Спросите у него. Профессор университета Комплутенсе. Этолог, то есть занимается поведением животных… несколько лет назад прославился научно-популярными изданиями. Покончил с собой в результате депрессии…
Министр по-настоящему сбит с толку.
— Ларедо, зачем вы мне это рассказываете?
— Я спросил, знакомо ли вам это имя, господин министр.
После очередного — и раздражительного — мозгового штурма министр пожимает плечами.
— Фамилия Мандель фигурировала в документах Министерства обороны, — соглашается он. — Но заверяю вас, в мои руки никогда не попадали связанные с ним материалы.
— «Кроатоан» — это слово вам что-нибудь говорит?
— Никогда не слышал. Повторите еще раз.
Ларедо повторяет, но министр неожиданно меняет тему:
— Этот Мандель… разве он не умер несколько лет назад, Ларедо?
— Да, сеньор, он покончил с собой два года назад, но перед этим запрограммировал отправку писем своим друзьям; в них он предсказывает сегодняшние события и просит друзей записать на видео первые происшествия… А еще он переслал им несколько файлов…
— Сеньор, прошу прощения… — Рокочущий бас Мавра, сидящего за два кресла от Ларедо. — Объект остановился неподалеку от Трес-Кантос. Частная психиатрическая клиника «Лас-Харильяс».
Де Сото, Бюст, Лопе и Оливер одновременно поворачивают головы к Ларедо: так ведут себя болельщики на теннисном матче. Ларедо видит, с каким вниманием вся команда следит за его переговорами. Кивнув Мавру и продолжая диалог, Ларедо открывает еще одно окно на компьютере и вбивает в поиск название «Лас-Харильяс». «Что они там делают?»
— Ларедо, к чему вы ведете? — спрашивает министр.
