Крохи
четверг, 1 августа 2013 г.
Куда идет Украина?
Некоторым нашим экономистам и политикам кажется, что Украина находится теперь на распутье дорог в Европу и в Россию,— например, советнику президента России С.Ю. Глазьеву, который уже, наверно, устал объяснять украинцам, в чем состоит их экономическая выгода, см. видео. Увы, все это напрасные слова, которые на большинство украинских политиков не произведут вообще никакого впечатления, разве что отрицательное. Можно сказать, что Украина свой «цивилизационный выбор» сделала уже давно, по меньшей мере — в восьмидесятые годы прошлого века, но можно и уточнить, что на деле никакого выбора и не было — в том числе в силу объективных причин.
Прежде всего следует отметить, что нынешняя Украина — это не естественное этническое образование, а искусственное административное, которое без проблем могло существовать только в рамках СССР. Украина в современных границах была создана советской властью при Сталине и Хрущеве (последний с неизвестной целью передал Украине Крым, нарушив Конституцию СССР). В этническом же плане на сегодняшний день существует три или четыре Украины.
Во-первых, этнически обособленной является западная часть Украины, пять советских административных областей на западе, которые были присоединены к Украине только по итогам упразднения Польши в 1939 г. и, разумеется, стараниям лучшего друга поляков. Впрочем, в отдельные периоды границы этих земель можно расширить до Днепра, до вечных притязаний поляков и вечных обид. После монгольского нашествия на этих землях разбойничали литовцы, потом они некоторое время были отчасти независимы и известны под именем Галицко-Волынское княжество, потом они отошли к Польше, к Австро-Венгрии и, наконец, к СССР. Проживающие там люди этнически гораздо ближе полякам, чем русским, как и язык их, украинский, который тоже близок более польскому, чем русскому. Здесь, впрочем, имеется любопытная особенность: по синтаксису украинский язык практически идентичен русскому, но словарный состав его очень близок польскому… Скажем, вы не поймете беглую польскую речь и даже медленную — украинец поймет (не всё, вероятно, но в общих чертах неплохо поймет). Украинскую беглую речь вы тоже не поймете, хотя наверняка слышали заклинания о «едином языке» и «едином народе» и даже соглашались с ними.
Во-вторых, этнически обособленной является Украина Богдана Хмельницкого, казачья Украина, гетманская Украина, исторически — восточный берег Днепра с Киевом, включая, конечно, Запорожье, казаков. Именно этой части Украины касается знаменитое «воссоединение Украины с Россией». Эта часть Украины в силу исторических событий гораздо ближе русским, чем западная, но все же и она этнически представляет собой особенное образование, не русское в истоке. Вместе с тем эта Украина до недавних пор предпочитала русский язык украинскому, т.е. западному, распространенному на западе Украины. Так, в советское время в Киеве считалось дурным тоном говорить на украинском языке, причем к политике властей это отношения не имело (русификация не проводилась, даже наоборот, была украинизация).
В-третьих, этнически обособленной является, так сказать, Украина Екатерины II и Потемкина, возникшая уже после Богдана Хмельницкого, условно говоря — Таврическая Украина, куда исторически входит Крым, способный ныне, впрочем, стать отдельной частью Украины, четвертой. Эта часть Украины практически русская — во всяком случае, она гораздо ближе русским, чем даже гетманская Украина. Этническую ее границу с гетманской Украиной точно определить мне трудно, но она, безусловно, существует. Ну, например, Донбасс входит, конечно, в Таврическую Украину.
Все эти разнородные области могли естественным образом вместе существовать в рамках русской империи, но в едином собственном государстве они существуют пока только потому, что у Украины нет врагов. Ну, например, что связывает украинцев из Донбасса и украинцев из Львова? Да ничего их не связывает, даже общая история у них только советская. Но даже общая эта история не объединяет их, а разъединяет. Например, с одной стороны считают Степана Бандеру национальным героем, а с другой — преступником и предателем. Соответственно, разный будет у этих сторон и «цивилизационный выбор».
С самого начала своей истории, с Даниила Галицкого, любая часть Украины, и западная, и гетманская, и екатерининская, никогда не была независимым государством, а политика ее, любой части, состояла или могла состоять только в выборе себе сюзерена. Собственно, так поступил Даниил Галицкий, приняв королевскую власть из рук папы, так поступил Богдан Хмельницкий, переметнувшись на московскую сторону… Так поступил даже батька Махно — самый, пожалуй, независимый из всех украинцев. Ну, и что изменилось сегодня? Да ничего, все остается по-прежнему, с некоторой, впрочем, особенностью.
