Все это время Патрик ДеПри жонглировал законами свободного космоса и международными конвенциями РИ, выдергивал положения о службе найма и еще десятка сводов и кодексов, которые вряд ли могли его интересовать еще месяцем ранее, но каким-то образом были выучены и подчинялись его слову в беседе, изрядно озадачивая юристов по другую сторону. Через два месяца все свелось к тому, что отряду требовалась консультация с арбитражом СН РИ. Стороны тут же предложили свои гиперпередатчики — увиливать и уклоняться причин более не было. В это время "Драккар" проводил всего лишь девятую попытку захвата мины. Шах.
Пришлось сливать банки памяти турецких "пиратов".
Что тут началось — описать довольно сложно. Крики и вопли представителей великих держав подскочили на порядок. В масштабе новых обвинений, независимый камешек в пустоте вовсе потерялся.
Ведь дело было не только в самом факте "оборотней", который Султанат решительно отвергал, обвиняя "Рожденных" в подделке, потасовке и монтаже.
Дело в том, что весь этот сектор, со всеми планетами, большими и малыми, дикими и кое-как развитыми — официально находился под юрисдикцией САР. Даже если отсталые племена на безымянных планетах об этом не знали. То есть, продолжительное время Султанат в лице своих боевых кораблей фактически вел боевые действия против САР, грабил, убивал и угонял в рабство его население. И совершенно не важно, что САР не догадывалось о существовании угнетаемых подданных, а турки — о действии "пиратов". В правовом поле ситуация окрасилась в цвета глобальной войны.
Наступил период длительных консультаций с Великим Шатром и Рейхканцелярией. И момент прибытия арбитра СН, в лице неунывающего господина средних лет — довольно обаятельного обладателя небольшого животика, мягких рук дипломата и серых глаз убийцы. Граф Алекин добирался до системы обычным порядком, несмотря на переданный коридор для прыжка, оттого слегка запаздывал. Но прибыл аккурат вовремя, чтобы вызвать и у турков, и у САР одинаковую по силе мигрень.
Ну а Мечев принял наконец-таки под свою руку КСН РИ "М" и через семьдесят два часа направился в неспешный полет к минному объему.
Трансляция с "Кракена", ввиду режима полного радиомолчания, прекратилась. Как дальше пошли переговоры — Мечеву было абсолютно неизвестно. Карты сданы, оставалось надеяться на изворотливость Патрика и свою счастливую звезду. И, разумеется, на то, что "Сеть Эрлика" примет мину-бродягу обратно, а значит через какое-то время Мечев не сгорит во вспышке подрыва и узнает исход переговоров. Предпосылки к тому были практически железные — наладившийся обмен сообщений между юнитом и "Сетью", стоило приблизиться на расстояние в половину астрономической единицы, весьма успокаивал расшалившиеся нервы — только после этого оборудование и персонал заняли свои места во внутренних объемах. Шагнуть в пекло для Мечева было не впервой, но тащить за собой доверившихся ему людей — не то же самое, что рисковать всего лишь собственной жизнью.
На "М" удалось взять трех старших офицеров: Арнольдса, Полякову и Струева, предварительно подменив их доспехами под управлением Авеля. Команду дополнил сосватанный еще на Афине сквад "погонщиков", с готовностью согласившихся на подвиг. Из-за их мощной мотивации в желании доказать свою способность выполнять задания на высшем уровне (или хотя бы не хуже "конкурентов" из "Капонира"), лейтенант согласился с ними работать.
В итоге: десять человек, включая его самого. На этом все. Более никого "незаметно" с Кракена умыкнуть не удалось. Да и места, если быть откровенным, даже на десятерых оказалось крайне мало.
Сквад удалось разместить весьма компактно — на дне "Азамата", в "хабе" из регкапсул, построенных по тому же проекту, что и для "Капонира". Где он и находился большую часть времени, оттачивая умения и возможности установленных им нейросетей на эмуляторах "живых" "каракуртов" и "ксерксов". Струев обосновался в отдельном помещении капитана корабля, пересчитывая сотый раз эмуляцию предстоящего полета. Полякова и Арнольдс так же предпочитали виртуальность доспехов ограниченности реальных объемов, выходя из них исключительно для еды, исполнения естественных потребностей, принятия душа в специально отстроенном санблоке и коротких разговоров с Мечевым. Сам Ылша тоже променял бы жесткие крепления на стуле и металлические подошвы магнитных ботинок на приятный эмулятор гравитации в регкапсуле, но необходимость ознакомления с добытыми материалами не давали ему права на такую роскошь. Засунуть данные напрямую в терминал не было никакой возможности — формат чипов, найденных на "Ачехе", подходил исключительно в пазы обнаруженных там же планшетов. Других портов подключения там не было, попытка вскрыть подобное устройство обернулась его самоликвидацией. Приходилось читать с нативного интерфейса.
