- Вы сделали такой вывод, услышав, что с Богданом Гусевым "разобрались"? - вскочил прокурор, попросив слова. - И откуда, позвольте спросить, у вас такая уверенность?
Василиса посмотрела на него в упор:
- А если бы вам позвонили ночью с зашифрованного номера и прошептали: "Не поднимайте волну, с ним уже разобрались, больше он никому не причинит вреда и вы его не увидите", что бы вы подумали? Что ему пальчиком погрозили?
- По сути так и вышло, - не удержалась Белла.
- Я вас не перебивал, чего и от вас ожидаю, - зыркнул на нее прокурор.
Минский покраснел и что-то пробормотал себе в маску.
- И вы умолчали о звонке и о своих предположениях, - продолжал прокурор, - не поставили в известность правоохранительные органы о предполагаемой физической расправе над человеком? Или знали, кто звонит и не хотели его выдавать?
- Протестую, ваша честь! - вскочила Белла. - Это личные предположения обвинителя.
- Принимается, - стукнул молоточком судья. - Обвинитель, прошу быть объективным.
Василиса смерила прокурора тяжелым взглядом:
- А если бы это была ваша дочь, вы бы тоже так трогательно беспокоились, не случилось ли чего с человеком, который так с ней поступил? Побежали бы в полицию с криком "Помогите, кажется, его хотят убить"?
- Протестую! - заорал прокурор. - Это вопрос личного характера и к делу отношения не имеет!
- Принимается. Свидетельница, прошу вас...
- С моей дочерью такого не случилось бы, - выпалил прокурор, - я своих детей правильно воспитываю и всегда знаю, что они делают и где находятся!
- Ай, залатой-брильянтовый, зачем врешь, маладой-красивый? - тоном цыганки-гадалки завела Белла, полистав папку и найдя нужную страницу. - Всю правду скажу, яхонтовый, и денег не возьму!
Судейские изумленно уставились на нее. Они еще не знали, что, когда Белла готовилась разгромить оппонента в суде в пух и прах, она всегда изображает из себя таборную ворожею, хватающую за руки приезжих у вокзала.
- Вот протокол, - уже нормальным тоном сказала Белла, - составлен по факту хулиганства в супермаркете "Дикси" на улице Аммермана две недели назад. Вашему сыну отказались продать бутылку водки потому, что он, во-первых, без маски явился, а во-вторых, не достиг еще 18-летия. Десять месяцев не дотерпел. И юноша, простите за каламбур, полез в бутылку - нецензурно выражался, угрожал кассирше расправой и принудительным сексуальным контактом и разбил витрину с детским питанием. Сразу видно юношу из хорошей семьи с безупречным воспитанием, - не удержалась от колкости Измайлова. - Хм, и почему-то даже дело не завели, хотя факт хулиганства в общественном месте и нанесение материального ущерба торговой точке был налицо. Странно, ваша честь, - она положила файл на стол судье.
Прокурор сдернул маску на шею, словно она его душила, и зашевелил губами, сверля Беллу ненавидящим взглядом. Судья машинально просмотрел протокол и поднял голову:
- А какое отношение это имеет к рассматриваемому делу?
- Никакого, - Белла забрала файл, - но уважаемому обвинителю не стоило бы клеймить чужих детей за неподобающее поведение, приводящее к неприятностям, помня о том, что и его дети далеки от идеала. Шила в мешке не утаишь, тем более в таком маленьком городе. Кстати, - она жестом фокусника вытащила еще один файл, - на его дочь подала заявление мать одной из ее одноклассниц. Девочки не поделили мальчика, и дочь уважаемого обвинителя с подругами организовала травлю удачливой соперницы в школе и за пределами стен учебного заведения. Видео, как девушку обливают краской на набережной, попало в Ютуб. Барышня, видимо, решила показать мастер-класс, как надо бороться за свою любовь. Я бы его продемонстрировала, но неудобно. Мата там больше, чем в грузовом порту. Милые благовоспитанные гимназистки своим богатым лексиконом вогнали бы в краску даже грузчика, уронившего ящик себе на ноги.
- Протестую!!! - снова заорал прокурор и закашлялся от злости так, что обоих его помощников как ветром сдуло. Один из них чуть не сшиб с ног судебного пристава.
- А дело, как ни удивительно, опять не завели, - как ни в чем не бывало продолжала Белла. - Хотя куртка потерпевшей испорчена безвозвратно.
- Протестую, - просипел прокурор.
- Не ори, штаны лопнут, - буркнула Василиса, - п...с!
В зале уже бурлило, как в котле, и судье пришлось долго стучать молоточком по столу, добиваясь тишины.
