– Дома он не появлялся, и, похоже, в последний раз его видели за день до гибели отца, – сказал Антон.
– Я буду его искать. Парень – инвалид, с ним может произойти все, что угодно! Кроме того, он мог стать свидетелем убийства или просто что-то о нем знать, а значит, он в опасности.
– А не мог он сам грохнуть папашу?
– Если бы речь шла о драке, нанесении тяжких телесных и тому подобном, я могла бы в это поверить, но мы имеем дело с циничным, тщательно спланированным преступлением. Вряд ли человек с диагнозом Гагина-младшего на такое способен!
– Куда он подевался, вот в чем вопрос… – задумчиво пробормотал Шеин.
– Вот именно!
– А что, если его похитили?
– Жизнеспособная версия, – согласилась Алла. – Причем вовсе необязательно хватать его и тащить куда-то силком: такого, как Илья Гагин, легко обвести вокруг пальца – в особенности если этим займется знакомый ему человек!
– Допустим… А может, все-таки проверить еще и версию с подпольным игорным домом?
– Да вы с ума сошли, ни за что!
Роман Вагнер прямо-таки кипел от негодования: будь он чайником, из него валили бы клубы пара. Но он – человек, а потому от гнева на его скулах проступили красные пятна, а губы сжались в тонкую нить. Карие глаза, став еще темнее, метали молнии. В сущности, Лера была готова к такой реакции, но сдаваться не собиралась: уж больно «вкусной» казалась ей собственная идея и отказываться от нее было бы просто грешно!
– Роман, я прошу вас подумать… – снова начала она, но молодой ювелир не позволил ей договорить.
– Сколько раз вам объяснять, что я не экстрасенс?! В моей способности нет ничего сверхъестественного!
Ну Лера-то так не считала. Совсем наоборот, сверхчувствительность Романа Вагнера казалась ей невероятным даром или проклятьем – трудно сказать наверняка. В любом случае обычный человек определенно воспринял бы такую особенность как чудо! Роман не умеет читать мысли или видеть будущее, однако каждой своей клеточкой ощущает сильные эмоции окружающих, что, к сожалению, делает его собственное существование весьма непростым.
– Я и не называла вас экстрасенсом, – возразила она. – Поверьте, я понимаю, что вы им не являетесь, но продюсерам и участникам шоу вовсе не обязательно об этом знать!
– Вы собираетесь их надуть, что ли? Тогда почему бы вам самой не принять участие или не попросить кого-то из своих коллег?
– Да потому, что ни один из нас не обладает вашими способностями! Вы чувствуете людей, понимаете, врут они или говорят правду, действительно ли грустят, веселятся, злятся или нет…
– Все не так просто! – снова перебил Вагнер. – Для того чтобы я что-то ощутил, человек должен находиться в определенном состоянии, моральном или физическом, а испытания в этой программе самые разнообразные – от определения, жив кто-то или мертв, до поиска взрывчатки!
– Так вы, выходит, видели шоу? – удивилась Лера.
– Всего-то пару выпусков, – буркнул он. – Достаточно, чтобы понять: все это – чистой воды разводилово!
– Поймите, вам не нужно побеждать в шоу: от вас требуется только выяснить, кто из конкурсантов испытывает сильный гнев или даже ненависть по отношению к участникам. Кроме того, продюсеры вам подыграют, чтобы зрители действительно сочли вас «волшебником»…
– Какая ерунда!
– Полностью с вами согласна: я тоже не верю в экстрасенсов… хотя, признаться, до встречи с вами я бы не поверила и в то, что человек способен на то, что можете вы.
– Вот вы и признали, что вся эта «экстрасенсорика» – чистой воды фуфло! – торжествующе воскликнул Роман. – Где же тут справедливость и правда, если устроители шоу могут повлиять на результаты?
– Честно, Роман, мне плевать на то, кто кого «заколдует» и кто в это поверит, – я должна найти убийцу Камиля Шарипова, человека, который сыплет угрозами в адрес участников передачи и, похоже, вынудил одну из них исчезнуть и спрятаться в попытке спасти себе жизнь! Вы не представляете, что этот маньяк сделал с несчастным Шари…
– Не хочу ничего слышать! – оборвал Леру Вагнер, затыкая уши.
– Хорошо-хорошо, я и не собиралась! – вытянула ладони вперед в защитном жесте Лера. – Я только хотела объяснить, с каким опасным типом мы имеем дело и как важно поскорее его сца… задержать то есть!
– Валерия, вы не знаете меры! – фыркнул Вагнер. – То вы подряжаете меня разыскивать вашего кота[7], а теперь вот уговариваете сниматься на телевидении!
– Минуточку! – возмутилась она. – Во-первых, кот был вовсе не мой, а во-вторых, за него я уже с вами рассчиталась, так ведь? Вы получили дело вашей матери?
– Да, но…
– Для шоу не хватает одного участника. Я думала о том, чтобы подослать к ним оперативника, но даже при содействии организаторов обычный человек не сумеет убедительно изобразить экстрасенса.
– А как насчет актера? Он сыграет и Дамблдора, если надо!
– К сожалению, у меня нет знакомых актеров, – вздохнула Лера. – Я могу лишь просить, требовать не имею права, ведь официально дело об убийстве Шарипова пока никак не связано с шоу.
– Валерия, дело не в том, что я не хочу помочь вам найти преступника, я просто… я
