— Дознаватель сказал, что у него ничего не забрали и даже, похоже, не слишком-то старались спрятать тело.
— Почему оно в таком состоянии?
— Судя по всему, парня пытали.
— Вы серьезно?
— Сами посмотрите, — предложил патолог и откинул край простыни.
Зрелище было не из приятных. В морге вряд ли можно ожидать чего-то хорошего, но некоторые трупы выглядят более или менее умиротворенными, если их настигла быстрая и неожиданная смерть. Шарипову оставалось лишь посочувствовать: его гибель явно была мучительной, а страдания — долгими. Об этом говорили синюшность лица, губ и ногтей, а также недвусмысленные отметины на шее «экстрасенса».
— Видите, сколько странгуляционных борозд? — сказал патологоанатом, указывая пальцем в перчатке на следы на шее покойного. — Это говорит о том, что злодей периодически затягивал орудие убийства, лишая жертву доступа воздуха, но после снова ослаблял, возвращая способность дышать. Причиной смерти стала вот эта борозда, — врач указал на самую глубокую.
— Чем его задушили? — спросила Лера.
— Тут все банально — обычной веревкой, достаточно прочной и ворсистой. Судмедэксперты уже взяли на анализ волокна, но, думается мне, их исследование вряд ли что-то даст!
— А почему вы решили, что Шарипова пытали?
— Считаете, кто-то просто так развлекался? Если да, то мы говорим о человеке, совершенно больном на голову!
— Жертва называла себя экстрасенсом, — пояснила Лера. — Кому могло понадобиться пытать его — что у него хотели узнать?
Патолог лишь плечами пожал, давая понять, что Лера спрашивает не того человека.
— А это что? — поинтересовалась она, указывая на несколько точек у основания шеи трупа. — След от электрошокера?
— Верно. Видимо, так его обездвижили.
— Последний вопрос, — сказала она. — Как зовут дознавателя?
— Валерия Юрьевна, вы ведь в курсе, как начальство не любит, когда следователи сами находят себе дела?
Только что Лера изложила Алле Сурковой все, что удалось узнать на данный момент о смерти Камиля Шарипова, и рассказала об опасениях продюсера телешоу «Третий глаз». Начальница смотрела на Леру в упор, и девушка чувствовала себя неуютно под ее испытующим взглядом.
— Вам что, больше нечем заняться? Сколько у вас дел в производстве?
— Хватает, Алла Гурьевна, но…
— Или вы мечтаете попасть в СМИ? — не дослушав, продолжала Суркова. — Это неизбежно, если вы решите связаться с телевизионщиками!
— Но, Алла Гурьевна, дело о гибели Камиля Шарипова, как мне кажется, расследуется неправильно: его нужно квалифицировать не как отдельное убийство, а как…
— Серию? — снова перебила начальница. — Вы с ума сошли?! Нет ничего страшнее для
— Одна возможная жертва, полагаю.
— Неужели? — насторожилась Суркова. — И кто же?
— Некая Мала Радова, она же Блаженная Марианна.
— Боже мой, какая ерунда… И что с этой… блаженной?
— Она пропала. Не уверена, что ее нет в живых, — возможно, просто скрывается, но родственники заметили, что Радова сильно напугана.
— По причине?
— Этого они не знают — она с ними не поделилась.
— Ясно… что ничего не ясно! Ну и как прикажете докладывать Де… то есть Кириенко о вашей версии? Мы понятия не имеем, что случилось с этой Марианной — да и вообще случилось ли! Может, ее бегство не связано с угрозами? Вдруг ее преследуют кредиторы или недовольные клиенты, с которых она снимала порчу или делала по их просьбе приворот… господи, о чем мы говорим вообще?!
— Алла Гурьевна, я понимаю, как все это звучит, но дело ведь не в том, верим мы в существование людей со сверхъестественными способностями или нет, а в том, что кто-то может пострадать! Я бы не стала волноваться, если бы речь шла только об угрозах, — в конце концов, в медийной среде полно хейтеров, которые считают себя вправе писать всякую чушь. Однако Камиль Шарипов мертв, а он был одним из участников шоу. И не просто мертв, а убит с особой жестокостью! Конечно, можно предположить, что это случайность, но…
— Но мы с вами в случайности не верим, — пробормотала Суркова, теребя в руках карандаш. — Давайте сделаем так: найдите цыганку! В зависимости от того, в каком состоянии вы ее обнаружите, будем действовать дальше.
— А может, объявим ее в розыск?
— С какой стати? Даже ее родственники не признаются, что она сбежала, — у вас есть только слова ее внучки, а она — ребенок! Нет, раз уж вы взялись за это, Лера, вам и заниматься поисками. Если «колдунья» жива, разговорите ее — пусть расскажет, почему сбежала и кого боится, договорились? А еще надо бы проследить за другими конкурсантами… но как, черт подери, это сделать? Мы не сможем отрядить в съемочную группу оперативника, даже если дело будет возбуждено по тем основаниям, о которых вы говорите!
