Когда я добрался до места, техник как раз закончил фотографировать и уже собирался снять улику с куста.
— Погодите минуту, — я жестом показал Нине, чтобы она встала позади рубашки. — Заметила что-нибудь?
Она покачала головой.
— Не на самой рубашке. Встань параллельно ей и посмотри прямо вперед. И скажи, что ты видишь.
Слегка переместившись в сторону, она посмотрела вперед.
— Прожектор.
— Верно. Другими словами, то место, где лежал труп. Рубашку повесили здесь специально, — подытожил я. — И это что-то должно означать. Это улика.
Все трое переглянулись.
— Что ж, может быть, — кивнула Нина.
Однако Монро, похоже, мои слова все же не убедили.
— Но как это соотносится с тем, что тело изуродовали ради того, чтобы скрыть, где оно до этого находилось?
Я пожал плечами.
— Может быть, и никак. Но если кто-то взял на себя труд повесить там рубашку — значит, они хотели на что-то намекнуть. Создать некую картину, сцену. Может быть, даже воссоздать. Должны же быть какие-то причины для того, чтобы притащить сюда труп. До этого он находился там, где его можно было спокойно разделывать, не привлекая ничьего внимания. Иными словами — где-то в надежном месте. Но потом почему-то решили перенести труп туда, где кто-то обязательно его найдет. Так что местонахождение тела играет важную роль. Возможно, часть мяса срезали просто для того, чтобы уменьшить вес трупа.
Трое хмуро смотрели на меня, словно выстроившиеся в ряд вопросительные знаки.
— Похоже, ребята, вы основательно устали, — сказал я. — Чем легче тело, тем проще его нести. Кому-то было нужно, чтобы труп оказался именно здесь. Но они знали, что дотащить его сюда не хватит сил. Тогда и срезали с тела столько мяса, сколько смогли, не нарушая общей целостности.
— Значит, этот кто-то знал, что не сможет перетащить труп на такое расстояние, и попытался облегчить себе задачу, — кивнул Рейдел.
Помолчав, он добавил:
— Возможно, это женщина.
— Ну да, — согласился я. — Хотя…
Монро с любопытством смотрел на меня. Нина уставилась в землю. Рейдел странно улыбался.
— Что? — спросил я.
Высадив нас возле отеля, Монро и Рейдел поехали прямо в морг, чтобы узнать результаты предварительного обследования трупа.
Начинало светать.
— Извини, — сказал я. — Я не знал, что вмешиваюсь в чужой спор.
Нина покачала головой.
— Это была хорошая мысль, — сказала она. — Думаю, на Чарльза она произвела впечатление.
— Но ничто не доказывает, что это женщина, — возразил я. — Если бы мне пришлось тащить туда эту тушу, мне бы тоже хотелось, чтобы она была как можно легче. Мужик-то явно не маленький. Впрочем, даже мертвый лилипут далеко не легкий.
— Это ты по собственному опыту?
— Нет, — ответил я. — Кажется, так говорил Конфуций или кто-то еще. Слушай, давай сходим выпьем кофе?
— Уорд, еще пяти утра нет.
— У тебя пистолет с собой?
— Конечно.
— У меня тоже. Так что нас обязательно обслужат. У них нет выбора.
Мы вошли в отель, я нашел кого-то из обслуги и пытался их очаровывать до тех пор, пока они не согласились найти для нас кофе, лишь бы я оставил их в покое.
Холл представлял из себя помещение L-образной формы, и мы прошли с чашками в руках в самый дальний его конец. Вероятно, лучше было бы вернуться к себе в номер, но в мертвецах есть нечто такое, после чего хочется какое-то время оставаться вне закрытых помещений. Мы сидели и пили кофе под отдаленный шум пылесоса.
Несколько минут спустя у Нины пискнул пейджер. Она посмотрела на экран.
— Получен анализ крови первого убитого, — сказала она. — Есть следы снотворного, типа рогипнола. Что означает наличие умысла.
— Да, — согласился я. — Но это вовсе не значит, что его собирались убивать. Стала бы женщина давать снотворное мужчине, к которому пришла на свидание?
— Нет, если рассчитывала заняться с ним сексом.
Я рассказал Нине об электронном письме от некоего Карла Унгера, заявлявшего, что он был знаком с Бобби и что ему нужно срочно со мной поговорить. Нина ненадолго задумалась.
— Позвони ему, — посоветовала она.
Я кивнул, и некоторое время мы сидели молча.
— Я кое-что проверила, — наконец сказала Нина. — За последние десять лет в этом округе не было ни одного убийства. Ни одного. А теперь — два трупа за неделю, рядом с одним и тем же маленьким городком.
— Похоже, они перешли дорогу кому-то очень серьезному.
— Угу.
Мы продолжали сидеть, допивая стынущий кофе, а за окнами постепенно становилось все светлее.
Тем временем человек, у которого уже не оставалось больше сомнений, что он направляется именно туда, куда нужно, все еще находился в пути.
