Мы пришли в наши покои, распахнули широкие окна и, переместив к ним диван, уселись на нем в обнимку в ожидании фейерверка. На улице по-прежнему пахло весной. Я позвал Ноткера и он принес Маргарете с Маделиф шампанского, а мне виски, взглянул на меня вопросительно и я кивком разрешил ему остаться. Кобольд наколдовал себе тоже бокал игристого, уселся на подоконник сбоку, чтобы не загораживать нам обзор.
Наконец загрохотало. Фейерверк начался на барке «Падуя».
Сперва в небо взмыли огромные золотистые шары, которые меняя цвет постепенно превратились в медуз, а те в свою очередь распались на отдельные звезды и упали с шипением в озеро. Следом уже взмывали новые фейерверки, одни похожие на фонтаны китов, другие на морские актинии — невероятных форм и окрасок, а третьи на катящиеся по небу волны с белыми барашками на гребнях.
Через полчаса эстафету подхватили маги, устроив продолжение фейерверка над самим парком, сделав с помощью колдовства грохот не таким громким, и добавив иллюзорной магии. Мы смотрели на сменяющие друг другу картины в течение целых двух часов, пока в небо не вырвался огромный золотой шар, созданный из тысяч крошечных звезд, которые стали образовывать фигуру дракона. Я не удержался и сделал несколько быстрых росчерков, подправляя форму. Рядом рассмеялась Маделиф.
— Маги Ульриха расстроятся из-за того что вы вмешались.
— Ничего, зато теперь выглядит так как надо.
Дракон распахнул крылья во всю ширь, облетел несколько раз парк, роняя вниз золотые искорки. А затем, закрутившись винтом, резко ушел ввысь, где распался на отдельные ярко сверкающие звезды, образовавшие созвездие Дракона и оставшиеся висеть в небе. Со стороны парка до нас долетели восторженные крики и аплодисменты.
— По-моему, великолепное завершение праздника, Эгихард, — заметила Маделиф, положив голову мне на плечо.
Следом на втором плече оказалась голова Маргарете.
— Ну, у нас тут он еще продолжается, — я глянул на Ноткера и тот спешно попрощавшись, исчез.
— Так и знала, что ты выбрал дату самой длинной ночи совсем по иной причине, — засмеялась Маргарите. — А не по той пафосной, которую ты озвучил магам на Совете!
— Конечно, по иной — я наконец успею выспаться.
Обе мои супруги засмеялись.
— Проклятье, почему я уже думаю о завтрашнем дне? — произнес я, притворяясь возмущенным. — Уже представил, как заявится с пачкой утренних газет Ленели, а потом Прегиль с проектом по строительству морского канала и планами по возрождению Ханзы, а следом и остальные маги с кучей срочных дел. Что за чертовщина? Скажите, а императоры отдыхают? Что-то мне уже в отпуск захотелось.
— Мне кажется, что нет, Эгихард, — с улыбкой отозвалась Маделиф.
— Так и знал, что во всём этом есть подвох.
— И при этом ты выглядишь вполне счастливым, Харди, — заметила Маргарете.
— Не выгляжу — это так и есть, — я с нежностью притянул к себе обеих, ощущая их поцелуи и смотря в черное небо, где сияло созвездие дракона, предвещая начало новой золотой эры.
