Кровь Дезидерия полностью

— Я отдохнула. Ну, по крайней мере, немного, а потом..

Я замираю, почти раскрыв секрет кошмаров, которые нападают на меня.

— А потом… — добавляет он, ожидая, пока я закончу.

— А потом я проснулась, чтобы справить нужду, и не смогла снова заснуть из-за нашего предстоящего путешествия, — говорю я, взмахнув рукой, надеясь, что это его достаточно удовлетворит.

— Ложь, — говорит он с рычанием.

Я постепенно поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, и нахожу эти металлические глаза, прожигающие меня.

— Что произошло ранее сегодня? — добавляет он, не сводя с меня тяжелого взгляда.

— Когда? — Язвительно спрашиваю я, чувствуя себя защищающейся от того, как он смотрит на меня сверху вниз. Я знаю, о чем он говорит, в тот момент, когда я потеряла контроль, но я хочу, чтобы он сказал это до того, как я признаюсь в этом.

— Когда, маленький демон? — Я вижу, как растет его разочарование. — Когда эти серые глаза, которые окутывают меня, как туман моего дома, затуманивая мое зрение, лишая всякого смысла, почернели. Бездушные. Когда тепло твоей кожи, тающей под моими прикосновениями, превратилось в лед. Безжизненный. Когда по твоей светлой коже, которая просит, чтобы к ней прикоснулись, текла черная кровь, — отвечает он с едва сдерживаемой яростью.

Я таращусь на него. Не находя слов, поскольку он заставляет меня застыть под его пристальным взглядом. Серебро в его глазах светится ярче с каждой секундой, пока я молчу. Признак его растущего разочарования.

Я делаю свое лицо нейтральным, а голос скучающим, надеясь отговорить его от того эффекта, который оказывает на меня темнота.

— Это ничего не значило.

Его крылья расправляются, когда он теряет контроль. Тени вокруг него рассеиваются, прежде чем он протягивает руку, заключает меня в объятия и падает с крыши.

Но на этот раз он позволяет нам опуститься всего на пару футов, прежде чем взмыть в небо, огибая стену замка. Его руки уютно обнимают меня за талию, когда я обхватываю его руками за шею, наши тела тесно прижаты друг к другу. Я смотрю через его плечо, как его крылья широко расправляются, замедляя скорость, когда он скользит вниз и мягко приземляется на открытом балконе, который соединяется с огромной комнатой.

Я собираюсь высвободиться из его объятий, но рычание вибрирует в его груди, когда он сжимает меня крепче. Отказываясь отпускать меня.

— Дрейв… — У меня вырывается визг, когда он перекидывает меня через плечо, и я вижу его крылья, все еще с пылающими тенями во всей их красе.

Он заходит в комнату, которая выходит наружу, целая стена… исчезла. И вот тогда до меня доходит… это его комната. Его запах повсюду. Воспламеняя каждое нервное окончание, когда его аромат кедра и клена проникает в меня.

У меня нет времени заглядывать в его личное пространство, поскольку он подбрасывает меня в воздух и швыряет на кровать. Я приподнимаюсь на локтях, когда вижу Темного Принца, стоящего передо мной, совершенно расстроенного, с легким оранжевым свечением от камина, подчеркивающим его мужественные черты.

Эти глаза задерживают мое дыхание, заглушают мой голос и контролируют мой пульс, не отрываясь от меня, когда они устремлены на меня серебряным потоком свирепой силы.

— Не лги мне, маленький демон.

— Почему? Ты лжешь всем о том, кто ты и чем занимаешься, — говорю я с ядом.

Ненавижу то, как ему позволяется лгать, чтобы сохранить свои секреты при себе, но я не могу сохранить свои.

Лицемер.

Его ноздри раздуваются, когда он устремляется к тому, что кажется его тележкой с бурбоном. Я так и знала.

Он наливает себе глоток темно-янтарной жидкости и взбалтывает ее раз, другой, прежде чем поднести к губам. Он поворачивается ко мне, оставаясь в тени комнаты, медленно потягивая свой напиток. Я чувствую исходящую от него ярость, достаточную, чтобы заставить меня отвести взгляд.

Я оглядываюсь и замечаю, что его комната достаточно велика, чтобы ему было удобно разгуливать со своими крыльями, даже его кровать достаточно широка, чтобы вместить их. Вся одна сторона его комнаты открыта для ночного освещения, а угол рядом с камином украшает книжная полка с аккуратно сложенными книгами на ней.

Обсидиановые шелковые простыни подо мной гладкие на ощупь, когда я зарываюсь в них пальцами, заставляя себя сесть до упора. Я медленно начинаю продвигаться к краю кровати, чувствуя себя некомфортно из-за того, что нахожусь там, где он спит, пока он стоит там, наблюдая со стороны комнаты.

Но я останавливаюсь в тот момент, когда он начинает говорить.

— Я сказал, не лги мне. К черту всех остальных.

У меня перехватывает дыхание в легких, когда я чувствую, что раздражение, которое хотелось выплеснуть на него, начинает исчезать. Замечаю серьезность его лица. Его рот снова открывается, но затем он закрывает его. Мужчина, которому никогда ни в чем не приходится сомневаться, кажется, на этот раз зациклился на том, что сказать. Я вижу по его глазам, что у него столько мыслей вертится на кончике языка, когда на этот раз я выдерживаю его жесткий взгляд.