«Хорошо. Так вот с этим даром, твоим значением Ци и толикой фантазии ты сможешь секунд на пять вернуть себе хорошую подвижность. И даже если вкупе с увечьями и влиянием «зодчего пустоты» твои основные показатели скатятся до значений новорожденного, какое-то время ты сможешь очень эффективно действовать. А вот про откат способности до годного к повторению состояния ничего определенного сказать не могу. Предположу лишь, что ожидание вряд ли превысит двадцать минут, с твоим-то ци. Итак, прошу внимания, наследник! При получении способности предлагаю действовать без спешки и обстоятельно, лучше всего все свои действия медленно проговаривать вслух. Если что, смогу вовремя вмешаться, поправить или подсказать чего дельного. Теперь предлагаемая мной последовательность. Перво-наперво требуется осуществить несколько пробных использований, дабы попривыкнуть и узнать время работы и отката. Далее цепи. За них не переживай, Зодчий пустоты режет любую сталь, словно податливую плоть врага, вместе с тем будь бдителен, не отсеки себе чего лишнего мимоходом, у тебя и так некомплект. Да, и предупреждаю, не стоит сразу избавляться от темного лезвия, у этого древнейшего артефакта совсем не то предназначение, о коем думают наши враги. В твоем же положении это можно расценить как по-настоящему бесценный подарок богов.
Теперь о грустном, о моей смерти и твоем перерождении или замене крови, если тебе так будет легче воспринять предстоящее. Знай, в крови дракона нельзя утонуть или как-то умереть, а вот получить в своих венах и артериях чистую без примеси кровь дракона запросто, стоит только пару раз вдохнуть ее.
Дорогой Ву, как бы тебе ни было жутко и страшно от услышанного, тебе придётся пройти все это, так как причин, имеющих судьбоносное значение, и не только для тебя, в этих этапах несколько. Вот только наиважнейшие: меня нельзя оставлять в этом месте живым, неприемлемо усиливать и так очень опасного врага. Моя смерть, как бы это грустно и печально ни звучало — это основа твоего побега. И наконец наиважнейшее для тебя, моя кровь — это не только пароль-пропуск к наследию двух драконьих родов Гайли и Сигри, но и значительное расширение твоих возможностей.
Ву молчал, говорить или как-то конструктивно мыслить он попросту не мог, его до сих пор прилично так бил озноб, и даже изматывающая боль куда-то трусливо сбежала. Ему вдруг показалось, что весь он внутренне сжался в позу эмбриона и промямлил с придыханием:
— Может, может, ты еще подумаешь? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, вдруг имеется все же альтернатива, без твоей смерти.
— Нет! — тут же рявкнул дракон, словно нож в само сердце вогнал, заставив Ву дернуться. Затем этот немыслимый ввернул в этот диалог-казнь, неподобающе моменту, махом все передернув, перевернув.
«Да, Ву, совсем забыл сказать за твои гениталии, поверь, все будет в порядке, после замены крови все, что положено, отрастет улучшенным. Хотя, — с тревогой засомневался дракон. — Вот с местом прорастания могут случиться осложнения, знаешь ли, в этом волшебном мире всякое бывает».
Ву от таких слов бесконтрольно и громко икнул, а дракон в ответ вновь загремел на все подземное пространство, буквально давясь от смеха.
А затем вновь как рявкнет, будто обвал всего подземного уровня призывая:
— Хорош уже! Небеса смешить, глава Багровых. Встречай Ги и береги его.
Тут же где-то на самой границе видимости темный сумрак каземата пронзили яркие вспышки света, заставив отвернуться и сжать веки. Незнамо сколько времени Ву тряс головой, пытаясь проморгаться и избавиться от радужных кругов перед глазами. Когда же наконец зрение частично пришло в норму, прикованный к стене рассмотрел приближающееся: к нему, изгибаясь, неслась узкая, гибкая ленточка, сияющая алым неоном. Сверкающее нечто, ползущее змеей по воздуху, подбиралось все ближе и ближе. А уже через пару минут затаившему дыхание, несмотря на резь в глазах, удалось более детально рассмотрел эту ослепляющую красоту. Змееподобное тельце незамутненной прозрачности в размер обычной медянки, мелкая искрящаяся чешуя, переливающаяся всеми оттенками алого, будто ювелирная огранка редкого бриллианта. Все, положительно все в этом создании, от непривычного передвижения до сказочного вида вдруг ожившего произведения искусства из самоцвета, словно кричало: перед тобой невероятное сосредоточение дружественной магии. Зато крепкие короткие лапы с серповидными коготками вкупе с хищной вытянутой мордочкой и круто загнутыми назад иссиня-черными рогами в сизой дымке смотрелись зловеще и даже пугали. А сверкающие глазки — искрящиеся черные опалы — почему-то буквально излучали умиротворенность и спокойствие, как показалось Ву Вею. И правда, несмотря на волнение, чем ближе подбирался к нему этот магический паразит, тем сильней распятый ощущал некий седативный эффект, исходящий от как там его Трам Тром Ги.
