И тут почти разом к несущейся нечисти понеслись пять огромных сгустков драконьего огня, пять выдохов Нефритового дракона, да еще под усилением. В мгновение ока весь авангард орды перешел в свое новое агрегатное состояние — пепел. Еще три раза Ву повторял свою испепеляющую серию, полностью остановив орду и сковав еще со всех сторон уничтожающим пламенем, и только затем устрашающий дракон взлетел, будто штопором вкручиваясь в лазурь, и закружил над скованной пламенем ордой. Лидер клана Багровые вороны еще с самого начала битвы хотел опробовать в деле клановую печать с высоты, и вот случай представился. Поднявшись на три тысячи над этой язвой на теле пустыни Ву задействовал клановую и столь любимую печать. Вот теперь вдарило по тверди так вдарило, будто с небес некий титан со всей свой мощи огненной кувалдой приложил, на корню выжигая всю эту микроскопическую нечисть в глубину на несколько метров. Площадь ужасающего по силе удара перекрыла почти всю орду, дракон же в вышине на этом не успокоился, он бичевал пустыню, пока у него не иссякли силы. И только после этого Ву приземлился в километре от клокочущего жерла вулкана и сбросил боевую личину, забавно уместившись в следе Нефритового дракона. Услышав крики, он обернулся к башне, эти сумасшедшие рыцари тьмы лавиной перескакивали зубцы башни, приземлялись и неслись к нему, рядом грузно приземлялись Грифоны, оглашая всю пустыню победоносным клекотом.
Первым делом Ву посмотрел значение ци и порадовался, безрассудный риск оправдался, да и цифра девять выглядела торжествующе и многообещающе, прямо на глазах увеличиваясь, фанфарно перед глазами появилось долгожданное.
«Похоже, я даже перескочил несколько ступеней, а многогранный — это явно что-то глобальное и могущественное», — подумал Ву и ответил на все это словами, которые часто слышал от своей матери.
— Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучитесь, и отворят вам. Ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащемуся отворят.
Уставшая за сегодняшний день огненная Ран уже перескочила горные кряжи драконьих гор и заспешила дальше и дальше на закат, а раскаленная за день пустыня уже куталась в прохладные длинные тени величественных барханов. Стремительно темнело, в пустыне всегда так, тени и темнота быстро захватывают позиции света.
Наверное, впервые за тысячелетие в пустыне мертвых живые ставили лагерь, споро воздвигая эльфийские походные палатки, смеялись, шутили, грели воду для таба, про харчи в этой пустыне никто и не думал, с избытком хватало и пряности, витавшей в воздухе.
Посовещавшись, Ву посчитал возможным заночевать в пустыне рядом с башней, тоннели до чёртиков надоели, к тому же с утра решили попытать счастья при сборе пряности, а как по-другому, когда находишься в самом центре настоящего эльдорадо. Несмотря на бой и, казалось бы, большую потерю физических и духовных сил, все без исключения чувствовали себя окрыленными, не говоря о грифонах, те до сих пор не могли успокоиться, оглашая вечерний небосвод своим торжествующим клекотом. Несмотря на кажущуюся праздность и внутренний настрой, ближе всего соответствующий определению «ликование», отряд ни на минуту не терял бдительности. В округе десяти километров, дозорным отрядом из грифонов с высоты отлеживалось любое движение, также вокруг палаточного лагеря организовали несколько караульных постов и два сторожевых патрульных отряда.
Несмотря всеобщую наблюдаемую канитель в лагере, в палатке лидера все проистекало тихо в полном благодушии и спокойствии, наверно, в этом присутствовала и немалая доля таба, заваренного в Оранжевом. Вначале командиры обстоятельно обсудили все этапы сражения, а когда даже малейшие просчеты учлись, выводы были сделаны, Ву спросил:
— Друзья, может, у кого-то в отряде есть хоть кто-нибудь, мало-мальски имеющий понятие, как добывать эту пряность?
Тут взяла слово Далия Унс Пиранья:
— Господин, на моей родине многие после службы и отставки уходят в старатели. Архипелагу жизненно важна пряность, да и сама воинская выучка наших земляков очень способствует успешному промыслу у трех крепостей. Мои родители не исключение, они и сейчас работают старателями на благо нашего семейного благополучия и Архипелага.
