Делая привычные до автоматизма упражнения, я почувствовал, что ощущаю себя и мир по-другому. Если раньше к концу медитации я чувствовал очищение и пустоту, то сейчас с каждым вдохом и выдохом я начинал чувствовать что-то незнакомое, сравнимое с музыкой. Как-будто через весь мир тянулись бесконечные струны, и каждая из них звучала своей нотой. При том, что струн было бесконечное множество, их звучание не превращалось в хаос, а порождало множество мелодий, которые сливались в невероятную композицию. Как будто какой-то супер-дирижёр смог гармонизировать партии тысяч музыкантов, играющих свои уникальные партии на всех возможных и невозможных инструментах. Я понял, что вместо спокойствия меня начинают наполнять эмоции. Мне хотелось смяться и рыдать одновременно. Я чувствовал острую боль и невероятный восторг. Я почувствовал, что каждая струна, которую я слышу проходит через мое тело. Повинуясь внезапному порыву, я попытался коснуться одной из струн и…
В момент прикосновения меня переполнили образы деревни, словно я разом смотрю на неё со всех сторон. Да только деревня была не такой, какой я привык видеть её. Людей нет, дома все примерно одного цвета. Да! Все в оттенках жёлтого, будто через фильтр фотоаппарата смотрю!
Между домов виднелись… Не люди! Точно нет! Это были духи! Одни имели форму животных, другие напоминали поленья с маленькими ручками и ножками. Были и едва заметные, прозрачные, но искажающие свет, словно воздух над костром.
Я оглянулся на место, где мои товарищи делали зарядку, и увидел два красных пятна, от которых расходились такие же нити. Попытался осмотреть остальную деревню так же, но не нашёл ни одного жителя. Это показалось мне странным, но разве то, что происходит сейчас, не странно само по себе? Точно! А как выгляжу я?
Но посмотреть мне не удалось. Стоило повернуть взгляд на знакомый мне камень, как меня мгновенно выкинуло из этого места. С глубоким громким вздохом я упал на спину. В тот же момент меня охватило чувство похожее на то, когда пытаешься уснуть, но в один момент кажется, что падаешь.
— Господин Дайнс, вы в порядке? — Кафка скорым шагом подошел ко мне.
— Кажется, что да… — я ухватился за протянутую мне руку и встал на ноги — мне нужно к Кизото. Появилось много вопросов…
— Кажется, вам лучше отдохнуть. У вас на лице проступил пот, а в руке вашей я не ощутил силы, — Рю явно беспокоился — Сабуро, принеси мне мою сумку!
Услышав эти слова, парень побежал в дом и вскоре вернулся с вещами алхимика. Тот, в свою очередь, стал копаться в сумке.
— У вас что ни день, то приключение, господин Дайнс, — Сабуро улыбнулся.
— Не нужно, все хорошо — я поднял руки — просто почудилось, что падаю, вот и все.
— Вот как… Ну тогда ладно. Не пугайте нас так больше. И будьте осторожны, — Кафка вздохнул, спрятав свой инструментарий обратно в сумку, — но для востановления сил я могу предложить Вам пару глотков моей настойки. У меня еще немного осталось.
Кафка достал из сумки пузырек и я мгновенно вспомнил как его снадобье воняет и какую икоту вызывает в качестве побочного действия.
— Нет! С мной все в порядке! Приношу свои извинения. И сейчас мне, все же, стоит поспешить к Кизото, — Любопытство брало верх над сиюминутным удивлением.
Я хотел побольше расспросить женщину об увиденном, потому направился прямиком на поле, где та работала в последние дни.
— Дайнслейф, рада видеть тебя готовым помочь — та улыбнулась и сунула мне в руки корзину, — надевай на спину, и идем в поле. Как раз пора, чтобы до жары успеть закончить.
— Кизото… У меня возник вопрос… — начал было я, но женщина сделала вид, что не слышала меня.
Спустя минуты две молчания вопросы количественно росли в геометрической прогрессии. Часть из них была адресована мне. Почему я здесь? Что я делаю на рисовом поле по колено в холодной воде? Почему Кизото, относившаяся ко мне столь внимательно, теперь игнорирует меня, ступая по соседнему ряду растений? Почему вместе с рисом растет столько сорняков, которые я должен вырывать руками? Почему тут вообще что-то кроме риса растет? Что только что коснулось моей ноги?!
— Рыбы не пугайся, — словно войдя в мои мысли, заговорила староста — местные не кусаются и боятся тебя больше, чем ты их.
— Скажите, к чему все это? — Мое терпение было на пределе, но говорил я спокойно.
— Видишь ли, работа не ждет. За время, что тануки отняли у нас, мы должны были избавиться от сорных растений. Если не сделать это в ближайшие дни, то они начнут цвести, и на следующий год здесь будут заросли. Хотя, о чем это я. Нам бы этот урожай уберечь. Говорят, в этом году планируют поднять налог. Местный феодал беспокоится из-за войны, потому решил возвести крепость чуть ниже по течению. Будет хоть где укрыться на случай нападения.
— Добрый жест с его стороны. Хотя, по вашему тону не скажешь, что вы этому рады.
