Судя по всему, оставшаяся довольной подобной расторопностью, магистр отступила от первого ряда во главе с Черноцветом метра на три и носком сапога быстро прочертила на песке прямую линию. Затем невероятная отошла, постояла немного, словно прицеливалась, похоже, только для себя сказала «пойдет», вернулась и аккуратно выложила в борозду четыре небольших яйца: красное, желтое, розовое и белое. Королева еще походила немного вдоль борозды, иногда по понятной только ей причине поправляя разноцветные яйца. На этом подготовительные процедуры не закончились. В руках у Гестии появился серебряный кувшин, затем она позвала своих и что-то там тихо, совсем интимно сказала, затем по очереди все гарды сплюнули в кувшин, с каким-то большим вниманием, что ли, поглядывая на отряд. Магистр же огня повернулась к гончим и сказала:
— Мне нужна от каждого из вас жидкость, достаточно и плевка. — Тут же рядом с Черноцветом упал в песок серебренный кувшин. — Пустите по кругу. Предупреждаю всех, в этом не стоить филонить, жидкость от каждого очень важна для ткачей и, конечно же, для вашей безопасности.
Кувшинчик быстро обошел немые ивоодушевленныеряды, и уже через несколько минут склоненный Черноцвет протягивал его Гестии Гард.
— Ты знаешь, что у тебя изрядный талант к магии? — вдруг спросила королева.
Склоненный едва не выпустил кувшин из рук, ему показалась, магистр во время этих слов словно взглядом прожгла его насквозь.
— Ваше величество, я не знал об этом, — честно и даже как-то растеряно тут же ответил новый командир гончих.
Королева-магистр, соглашаясь, кивнула и продолжила, переведя взгляд на безмолвный, оторопевший отряд:
— Знайте, у вас у всех отличные данные к магии, таланты искусственно выхолощены в пользу нескольких теневых качеств. Оно и понятно, держать в подчинении охотников-следопытов и магов в одном лице, при этом получая от них дань кровью, — глупейшее занятие. Поэтому ваши таланты еще в детстве, так сказать, подрубили ограничителями. А «оранжевый фильтр проклятий», который мы готовим гарантированно вместе с клятвой, уничтожит все ваши угнетатели. Так что готовьтесь, процедура будет намного сложней, чем я рассчитывала, у многих может произойти спонтанная инициация.
Королева, постоянно что-то обдумывая, решительно продолжила:
— Вернее, если сказать совсем голую правду, у всех вас произойдет инициация. В юном возрасте это проходит совсем не опасно, но вам всем уже далеко за двадцать, инициация в таком возрасте считается максимальной по эффективности, но вместе с тем и критически рискованной.
— Мы готовы рискнуть ради нашего будущего господина, — уверенно за всех сказал Черноцвет.
— Понимаю, похвальное безрассудство, но мы поступим по-другому, вашему будущему господину нужные сильные, умные и, главное, живые воины. Так что хорош стоять гранитными столбиками, отдыхайте, кто может, пусть поспит, песок здесь теплый, только на пользу. Пока не соберем здесь достаточное количество лекарей и должный запас пряности, продолжения не будет.
— Вы, вы будете тратить пряность мертвецов, на нас? — едва сдерживаясь, заикаясь, спросил Черноцвет.
— Будем, еще как будем для людей Виго у королевства Гард все без ограничений даже пряность.
Черноцвет уже и не помнил, когда у него увлажнялись глаза. Невероятными усилиями он сдержался, медленно опускаясь на песок там, где стоял. Именно сейчас он вдруг отчетливо понял, что, похоже, они нашли дверь в настоящую, достойную жизнь, за которую стоит рвать жилы и умирать.
[1]Чермисы. Исчезнувшая легендарная раса, созданная безумным богом Льтчином с телом огромного клеща и человеческой головой. Жившие в глубинных ульях. Адепты садизма. До сих пор бытует мнение, что они до сих пор живут в изолированных от поверхности пещерах.
Глава 10. Ивриб и Мамаша Тук-Тук
Наконец-то она, говорливая река Ящера, что говорить, опасений эта быстрая прозрачность не оправдала, ну и слава демиургам. Ведь Ву обоснованно предполагал, что это, скорей всего, будет обычная горная речушка с бурлящим потоком и губительными камнями по руслу. Надо отметить, мощный поток присутствовал, да и камни острозубые торчали, как положено. Однако ширина и глубина ложа реки позволяли даже такому ущербном пловцу, как Ву, маневрировать и обходить заранее опасные участки, при этом еще и головой крутить, дотошно рассматривая берега. Первым, можно сказать, потрясением для соискателя излечения послужила широченная лестница, спускающаяся к реке, и идеально вырезанный из скалы выступ-пирс.
С воды он мало чего успел рассмотреть, разве что ровные ряды деревьев и конек ярко-голубой крыши с флюгером в форме дракона, хотя и этого хватило, чтоб поорать в голос пару минут. Никто не ответил, разве что пернатый благодетель-невидимка отозвался уже привычным паровозным гудком. В голове в очередной раз пронеслось: «Кто ж ты такой, опекун пернатый, по голосу явно не воробей».
