Эту группу мертвецов, бегущих за человеком, Гирли обнаружил почти сразу и без промедления последовал за ними. С первых же минут он заподозрил неладное и даже испугался. Необъяснимое в таких опасных местах, как Зыбучие пустоши, завсегда должно пугать, это аксиома. Но нет, вампир, хоть поначалу и сдрейфил, быстро разобрался. Хитрый человечишка, явно старатель, умело игрался с мертвецами, то замедляясь, то ускоряясь.
«Тут и летучей мыши ясно, тухлых уводят в западню», — решил довольный собой вампир, продолжив наблюдение.
Прошло совсем немного времени, и он перестал опасался бегущих, понимая, что намного быстрей и проворней всей этой шоблы, одного старателя и материала, бегущего на переработку. Однако вампир не питал иллюзий, поэтому крался только по следу, не забывая осматриваться по сторонам, не забывая тешить себя мыслями о будущей прибыли.
«Интересно, а сколько вообще может получиться с этих сухих пряности. Да бес сними, хоть сколько, все мое. Что ж, похоже, мне везет в этих песках, получу сразу снаряжение, кровь и порцию пряности для усиления».
Вампир от удовольствия инстинктивно потер ладонь о ладонь, как обычный теплокровный человек, и сразу же жестко одернул себя, памятуя, что за подобные человеческие проявления в клане могут и четвертовать для лучшего закрепления устава. И тут он увидел вспышку света невдалеке и поспешил туда в полном довольстве и предвкушении. Ожидания подтвердились, Гирли увидел древний механизм, уничтоживший мертвяков. Ему приходилось слышать о подобном, интересно, конечно, но его внимание переключилось на старателя, исступлённо работающего под защитой магического щита.
Вампир внимательно присмотрелся, получив нужную информацию, тихо отполз, наверное, обычный песчаный паук больше издает шума.
«Так, шит Мокроха, пятая ступень могущества, хороший правильный выбор, но не для моего пробойника, собью напрочь с одного удара и без восстановлений», — не преминул позлорадствовать в своих мыслях уже готовый к атаке вампир.
Он даже челюстью щелкнул от перевозбуждения и приступил к выполнению задуманного.
Гирли подбирался к жертве со спины, идеально тихо, как настоящий хищник на четырех конечностях, с полностью выпущенными когтями и раскрытой пастью, в любой момент готовый прыгнуть и перекусить горло.
***
Со стороны любой, кто увидел бы эту сцену, в кошмаре, например: увлеченно работающего старателя и в пяти метрах у него за спиной крадущуюся жуткую тварь, — уже бы проснулся, дабы не видеть этого ужаса. Но вот что интересно, в голове как бы обреченного старателя роились страной направленности мысли.
«Ну давай, давай, кровопийца, я хоть и жилистый, и неказистый, во мне полно пряности, разбавленной пятью литрами крови, ну же».
Наконец атака. Как и рассчитывал упырь, его удар пробойником снес без остатка щит старателя, вот только укусить он не успел, два черных кинжала пробили насквозь голову вампира, будто гнилую дыню. И все равно кровосос пытался выжить, шустро так отползая. Вот только старатель не позволил этому продолжить, выказав необъяснимую силу. Сухонький, стройный воин схватил вдруг вампира за ноги и ударил наотмашь его телом о древнее копье, будто полудохлый вампир — это что-то невесомое, ровненько так отделив голову. На этом монструозно-сильный воин не остановился, он продолжил методично шинковать на куски тело вампира. Убедившись в качестве проделанной работы, один из самых лучших мечников и специалист по боевой магии на северном континенте горестно вздохнул, предстояла самая грязная и неприятная часть операции, растащить по пустыне всю эту расчлененку. Грядущая душная работенка вдруг навеяла достаточно сомнительное решение из юношества.
— А что, зато встряхнусь и отдам дань веселому, бесшабашному прошлому, — сказал, хохотнув, Ярис, прозванный Неистовая Сталь.
Уж очень ему не хотелось шарахаться по пустыне с кусками вампира, думал решить проблему на месте. Лучший меч королевства как-то неожиданно тепло заулыбался и даже присел на песок, отстегнув от пояса флягу с крепкой подгорной настойкой. После пары глотков как-то само собой накатили воспоминания о тех лихих и веселых временах обучения в Академии боевой магии Эрэны. О том дне, когда они с Рене стали законодателями новой моды дуэлей в альма-матер, получивших фривольное название Шизняк или ДСА — то есть дуэль случайных атрибутов.
