«И, похоже, по изгибам эта, очевидно, серьезная охранная система представляет собой огромный шар».
Лезть на такую силищу со своим дилетантским подходом он и не думал, уже хорошо понимая, что, скорей всего, к заветному домику с флюгером и садом ему не судьба пробраться. Но дотронуться стебельком травы он все же решился, и правильно, что решился. Стебелек, конечно, в пепел, а ему ничего, и более того, силовая решетка перед ним из оранжево-белой изменила цвет на ярко-зеленый.
Без колебаний, несмотря на протесты оберега, целёхоньким прошел силовую преграду и бодрым шагом направился к своей цели, крутя головой, словно на экскурсии. При ближайшем рассмотрении оказалось, что и огород, и сад — это, скорей всего, полигон какого-то друида экспериментатора-коллекционера. Право, такого разнообразия и цветущей благоухающей красоты Ву даже в садах Кью под Лондоном не видывал. Встретились очарованному страннику и деревья с уже знакомыми плодами, и он не преминул прям на ходу с удовольствием перекусить. Строение, к которому он вышел по мощенной дорожке, выглядело впечатляюще и подходяще месту, правда, своей массивной крепкостью, что ли, напомнило громадный дот, утопающий в цветущих растениях.
Такой огромный по размеру одноэтажный домина, выложенный белыми многотонными мегалитами с толстенной покатой крышей, казался выпиленным когда-то из лазоревого неба с причудливыми завитушками перистых облаков. Труба из оранжевого кирпича и флюгер-дракон хоть как-то приземляли эту умопомрачительную кровлю. По всему периметру стен в пару метров толщиной шел разрез-окно, вместо стекла огромные прозрачные плиты, по внешнему виду какой-то прозрачный минерал, типа горного хрусталя.
Не без осторожности обошел этот архитектурный симбиоз крепости и домика феи, все в идеале, на мощеных дорожках ни листочка, ни веточки, словно волшебный садовник, только что был здесь и отлучился на минуточку. Остановился у массивной двухстворчатой двери из такого же непонятного материала, что и крыша, провел рукой, приятнейший на ощупь теплый металл, досаждающая боль в руке вмиг прошла, будто ее и не было. Посмотрел, даже следа от уродливого шрама на осталось.
— Что это?
Неожиданно получил ответ-определение, промелькнувшее перед глазами:
«Так вот как называются тот подводный исполин в Самоцветном озере, до которого удалось донырнуть, — Голубой Артогонь», — подумал Ву Вей.
Какое-то время он еще постоял, рассматривая необычную древесину, и наконец решился.
— Если перед тобой дверь, возможно, это вход, — сказал последний из Виго, постучался для приличия и вошел.
Представшее перед глазами потрясло натурально и культурно, все внутреннее пространство как-то необъяснимо гармонично сочетало в себе, полноценную кузницу, кухню, склад, спальню и тренажерный зал с бассейном. И, скорей всего, это был неполный список выявленных бытовых специализаций этого внутреннего пространства.
«Похоже, здесь есть все что угодно, хотя…» — промелькнуло в голове сомнение.
— Интересно, а я найду здесь штаны? — сказал Ву, обозревая эту впечатляющую хаос-концепцию.
А вот с этим у него, как раз сразу возникли некоторые сомнения.
— Да и черт с ним! — крикнул неунывающий и с разбега сиганул в полнехонький до краев бассейн.
Каменный водоем, надо отдать должное, несказанно обрадовал и своими размерами, и глубиной, и слегка прохладной чистейшей водой. Всласть поплавал и только именем революции заставил себя выбраться на твердую, теплую каменную поверхность и приступить к насущному. При этом с благодарностью и благоговением вспомнил свою бабушку по русской линии, которая в сложные моментом призывно говорила: «Именем революции», — и делала, казалось бы, невозможные вещи для своего возраста.
