Ошарашенные девочки выскочили, как ужаленные, с поста, их тут же взяла в кольцо шестерка черных матовых андроидов высшей защиты. Высокие, гибкие, слажено работающие группой, словно единое целое, таких вот монстров новоиспечённые топ-менеджеры видели разве что сопровождающих первых лиц планетарного значения.
Какое-то время до администраторского скоростного лифта они шли молча, надежно прикрытые мощным силовым коконом. И это понятно, слишком кардинальные перемены за тридцать минут с самых низов в топ-менеджеры, плюсом у каждой по энерго, ранее невообразимые личные средства.
— Тайя, ну не молчи ты, как тебе Ву? — не сдержалась одна из подруг.
— Д,а Тайя, как тебе этот обнаженный красавчик? — присоединилась вторая помощница.
Бывшая дежурная по сорок пятому глянула на защитный купол и, несмотря на то что под таким укрытием прослушка невозможна, тихо по-заговорщически едва ли не прошептала:
— Головой-то думайте, девочки, этот, как ты говоришь, Анну, обнаженный красавчик буквально несколько минут назад жизни наши спас, и не только. Так что нам не работать надо, а вкалывать, в поте лица отрабатывая за тушки наши целые. Так что вперед, нас ждут великие дела, — повторила она высказывание источника перемен.
— Будем посмотреть! — прокричал Ву и с разбега бухнулся в бассейн, шум, брызги, смех, все как положено.
«А не все так шоколадно у них там, и никаких отличий от Земли, просто крысы посильней и банка пообъемней», — подумалось ему о цивилизациях «Союза Высших».
Проведя, наверное, с полчаса в воде с удовольствием, истязая себя плаванием и нырянием, Ву решил, хватит, и, прихватив черный куб, отправился выбирать место для хранилища. Ничего подходящего не нашел, зато более внимательно рассмотрел чудесатую кузницу, верней, пространство, что она занимала. Здоровенный горн, похоже, здесь пылал уже которую сотню лет, источник нагромождения здоровенных кристаллов, на вид колотые куски льда, слегка отдающие холодным бирюзовым оттенком. Даже находясь вплотную к странному пламени, жара совсем не чувствовалась, зато приобретённая чуйка безапелляционно истошно орала: только без экспериментов, только без экспериментов.
Второй достопримечательностью кузни выступала сама наковальня, похоже, выструганная или еще как сотворенная из такого же кристалла, что пылали в горне, вот только она не источала пламени. Однако ни первое, ни второе не впечатляли так, как инструмент, явно с любовью развешанный на стенах и массивных каменных перегородках. На креплениях, являющихся и сами по себе произведениями искусства, располагались молоты. Боже ты мой, и каких тут только прародителей кувалды не находилось, огромные, маленькие, черти пойми какие и из чего. Например, очень притягивал взгляд молот из ограниченного темно-красного кристалла с зеленой поросшей пупырчатой травой и мелкими фиалковыми цветками рукоятью. Единственное, что достоверно Ву определил, так это проклятые молоты, висевшие отдельно.
«Слышь, Зодчий, тут братья твои старшие», — громко подумал Ву.
Черненький, надо же, ответил мелкой вибрацией.
Ву даже почувствовал что-то почти не осязаемое, словно легкое прикосновение одуванчика. В глазах вспышкой промелькнуло бурное слияние двух ревущих рек, алой и черной.
«Повтори, не понял», — попробовал Ву затеять диалог.
Терпеливо подождал — ничего, разве что какие-то непонятные всполохи.
— Ну да ладно, мой чадящий уголек, не переживай, если что, мы с тобой рано или поздно разберемся с этими твоими картинками, — утверждающее сказал Ву и вновь переключился на кузню.
«Сколько же эта коллекция стоит? — восхитился Ву и тут же сам ответил: — Явно больше, чем бесценно!»
Несмотря на то, что припекло или даже словно приварило его к этому месту на несколько часов, он так и не решился взять в руку ни один из шедевров, ему вдруг показалось это каким-то кощунством, что ли. Зато желание стать достойным для использования этих артефактов стало таким сильным, что даже слезу выжало из глаза.
Еле-еле душа в теле, оторвался от созерцания, словно пчела в меду, и, прихватив с собой черный куб, отправился на поиски подходящего помещения под хранилище.
Поиски закончилось на старом месте, удобном диванчике. Ничего подходящего не обнаружилось от слова совсем. Слегка расстроенный, весь в размышлениях, как же выйти из этого неожиданного затруднения, бессознательно отправил этот черный куб в подпространственное хранилище, дабы не держать это увесистое в руках. Моментально получив отклик.
