Она впилась взглядом в глубокий порез у Тинтальи на плече. Его края уже не гноились. Слизь и кусочки омертвевшей плоти поднимались на поверхность и стекали по драконьей шкуре. А за ними разрез закрывался и зарастал чешуйками, бледными и мелкими.
Тинталья утробно заворчала, возможно выражая этим недовольство. Теперь Малта яснее чувствовала свою драконицу, разделяя с ней тревогу из-за непривычных ощущений: столь стремительное восстановление изуродованного тела сопровождалось болью. Дыхание ее участилось, а спустя минуту королева стала задыхаться, как от очень быстрого полета. Биение сердца, разгоняющего кровь по ее исцеляющемуся туловищу, превратилось в слышимый всеми громкий стук. Глаза Тинтальи широко распахнулись, ничего не видя; и она открыла пасть, жадно заглатывая воздух.
— Серебро ее убивает! — дал волю их общему страху Рэйн.
Драконы, обрызгавшие Тинталью Серебром, замерли на почтительном расстоянии и наблюдали за происходящим. Малта невольно залюбовалась ими. Они лучились жизненной энергией. Чары их красоты давались этим гордым существам без всяких усилий. Они великолепны! Нельзя сомневаться в разумности того, что они делают с Тинтальей. Они же мудрые драконы! Она должна им всецело доверять!
Мысль оказалась настолько сильной, что заставила всех хранителей отшатнуться. Тинталья на мгновение смежила веки. А когда снова открыла глаза, то окинула окружающих пристальным взглядом, вполне осмысленным. И объявила:
— Мне нужно поохотиться.
Тинталья неуклюже поднялась на лапы и замотала головой. Похоже, сперва ей требовалось вспомнить, как надо двигаться, и только после этого можно было попробовать взлететь. Драконица по-прежнему выглядела страшно исхудавшей, но теперь ее чешуя лучилась светом. Тинталья распахнула крылья, хорошенько их расправила и медленно сложила. Внезапно на брусчатку приземлился какой-то небольшой металлический предмет. Тинталья посмотрела на выпавший из ее раны наконечник стрелы и оттолкнула его лапой.
— Они еще заплатят мне за все! — пообещала она и добавила: — Лечу на охоту.
Тинталья, синяя королева, чуть присела и рванулась в воздух. Поднятый ее крыльями ветер едва не сбил Малту с ног.
— Тинталья летит! — громко воскликнула она и прищурилась. Гордость наполняла ее сердце. — Самая прекрасная из всех королев летит!
