Делон медленно обошел комнату и сел на диван. Он явно был растерян. Выражение лица у него было соответствующим. Он наморщил лоб в раздумье, а потом потер лоб.
Фолькманн наблюдал за ним. Если он сейчас расскажет о Шмельце, то это окончательно собьет француза с толку, так что Фолькманн решил пока об этом ничего не говорить. Делон долго сидел на диване, очевидно, находясь в состоянии шока. Подняв голову, француз увидел мрачное выражение лица Фолькманна и наконец осознал, что тот говорит серьезно. Наклонившись вперед, он покачал головой.
— Джо, я не могу сделать того, что ты предлагаешь. Я не могу так рисковать. Ты просишь о слишком многом. — Француз внимательно смотрел на Фолькманна. — Девушка… вы с ней близки?
— Да.
— Значит, эмоции мешают тебе здраво рассуждать. Ты это понимаешь?
Фолькманн покачал головой.
— Ты не прав, Андре. Поверь мне.
— Тогда у меня возникает следующий вопрос. Насколько большой поддержкой пользуются эти люди?
— Я не знаю, Андре. Но с тем, что у них есть, особая поддержка им и не нужна. Они просто будут держать в заложниках страну.
Делон немного подумал.
— Ты говоришь, что тебе нужно время, но что ты собираешься делать?
— В Мюнхене есть человек, состоящий в этой организации. Его зовут Кессер. Он может знать, где они прячут оружие. Дай мне восемь часов. Если мне что-то удастся узнать, я тебе позвоню. Тем временем ты свяжешься со своими людьми. Свяжешься лично с каждым начальником отдела. Но сотрудникам немецкого отдела ничего не говори. Всем остальным расскажи то, что рассказал тебе я. В Берлине есть люди, которым я доверяю, но я хочу поговорить с ними лично. Первое, что нам необходимо сделать, так это обнаружить местонахождение оружия. Объясни это нашим сотрудникам. У тебя есть доклад из Асунсьона. Покажи его своим людям и всем остальным. Расскажи им, что я собираюсь делать.
— А когда запланирован путч?
— Я думаю, это произойдет скоро. Сейчас Рождество, и во всех армейских подразделениях в Европе большинство людей в увольнении. Никто не ждет чего-то подобного.
Делон нервно взглянул на Фолькманна.
— А что, если ты не свяжешься со мной в течение следующих восьми часов?
— Тогда об этом должно стать известно нашим правительствам. Для того чтобы остановить реваншистов, придется действовать и вне пределов Германии. Я надеюсь, что они способны принять такое решение.
Делон глубоко вздохнул и вытер пот со лба. Фолькманн понял, что француз на его стороне.
— Можно мне оставить у себя копию этого документа?
— Да, оригинал по-прежнему находится в сейфе в подвале.
— Дай мне номер телефона, по которому я могу с тобой связаться, Андре.
Француз записал номер на листке бумаги и передал его Фолькманну.
— Кроме того, ты знаешь мой рабочий номер, да и все остальные. Я буду в штаб-квартире. А это номер моего личного телефона — на случай, если ты не сможешь дозвониться. Линии были повреждены взрывом, но мы подключили аварийную телефонную сеть прямо перед твоим звонком. Я свяжусь с начальниками отделов по защищенной линии, как только вернусь. Надеюсь, они мне поверят. — Француз поднял голову. — Ты уверен, что тебе не нужна помощь?
Фолькманн покачал головой.
— У нас нет времени, Андре.
Он заметил, что лицо француза покрывают капельки пота.
— Ты уверен, что поступаешь правильно, Джо?
— Это единственный выход, Андре, поверь мне.
— Тогда удачи, друг мой.
Фолькманн ехал по направлению к Келю. По его подсчетам, до Мюнхена он доберется за три часа, если будет ехать до Херренберга по главному автобану, а не через Шварцвальд.
Когда он свернул на автобане к Ульму, пошел снег, а когда он доехал до Аугсбурга, то снегопад усилился, все поля стали белыми.
Машин на дороге было мало, и когда он проехал Аугсбург, то увидел колонну из двенадцати немецких армейских грузовиков с военными и шести машин с грузом. Все они медленно двигались в сторону Мюнхена.
Фолькманн чувствовал, что сердце бешено стучит в груди. Он медленно обогнал военные грузовики, пытаясь увидеть дивизионные маркировки, но машины были заляпаны грязью. Через пятнадцать минут он свернул к ближайшей автозаправке и позвонил из телефона-автомата. Разговор длился не больше минуты.
Потом он опять сел в машину и, взглянув на часы, поехал по дороге к Мюнхену. На часах было 20:15.
Глава 53
Кефир Озалид вышел из переполненной станции метро возле Ванзее.
На нем были пальто, шарф и шерстяные перчатки, а в руке он нес «дипломат». Пройдя по улице по направлению к озеру, он остановился в тени между двумя фонарями. Оттуда он видел пристань и привязанные на зиму лодки. Дул ледяной ветер, поверхность озера покрылась рябью, но он не обращал внимания на холод. В его венах клокотал адреналин.
На выходе из станции метро он помедлил, чтобы удостовериться в том, что за ним не следят. Теперь он решил опять это проверить и остановился на несколько минут, чтобы покурить. Изо рта у него вырывались клубы пара. Он посмотрел на озеро, а потом оглянулся и бросил взгляд через плечо.
