Кристиан Бауэр был главой берлинского Ландесамта. Это был высокий стройный мужчина лет пятидесяти с седыми, зализанными назад волосами и красивым лицом. На нем была синяя мятая пижама из хлопка, а сверху он набросил купальный халат, но даже в таком виде он производил впечатление дипломата.
Он приготовил кофе, но Вернер Баргель проигнорировал поданную ему чашку с горячей черной жидкостью. Со второго этажа донесся храп жены Бауэра, и тот виновато улыбнулся, но Баргель не ответил на его улыбку. Баргель позвонил ему пять минут назад и сказал, что заедет, что это очень срочно.
Это был деловой визит, и Бауэр удивился, увидев мертвенно-бледное лицо своего помощника. Однако разговаривал он с Баргелем спокойно, словно уже привык к неожиданным визитам среди ночи.
— Ну, рассказывайте, что же у вас произошло, Вернер.
Баргель глубоко вздохнул.
— Перед тем как я позвонил вам, сэр, у меня было два телефонных разговора. Оба раза мне звонили из Мюнхена. Первый звонок был от человека по имени Фолькманн. Он сейчас работает в DSE, но раньше работал здесь, в Берлине, в британском разведывательном управлении.
— Продолжай.
Баргель говорил быстро.
— Фолькманн сообщил, что человек по имени Кефир Озалид собирается совершить покушение на канцлера Долльмана. — Баргель сделал небольшую паузу, видя, насколько изумлен Бауэр. — Кроме того, он сказал, что готовится покушение на всех членов кабинета министров.
— Когда? — открыл от удивления рот Бауэр.
— Сегодня. Сейчас. Фолькманн не знает, каким образом будут совершаться покушения на министров, но сказал, что это произойдет после убийства Долльмана. — Баргель сглотнул. — Сейчас все министры находятся в Берлине, сэр, так как Вебер завтра утром проводит совещание со спецслужбами в Рейхстаге.
Поставив на стол чашку, Бауэр приподнял брови. Кровь отлила от его лица, а его заместитель демонстративно поглядывал на часы.
— Прежде чем приехать сюда, я попросил нашу охранную службу проверить, что у нас есть на Озалида. Кроме того, мы пытаемся выяснить, где сейчас канцлер.
— И какую информацию выдал компьютер?
— Действительно, существует некий Кефир Озалид. Он проходит по второй категории риска для безопасности страны. Турок. Эмигрировал в Германию в подростковом возрасте. Сейчас ему двадцать семь лет.
Бауэр нервно встал.
— Хорошо, у нас есть на него информация, но каков мотив? Зачем ему убивать Долльмана?
— Два года назад Озалид три месяца провел в тюрьме за попытку убийства чиновника министерства внутренних дел в Бонне. Срок заключения у него был бы намного больше, но суд принял во внимание смягчающие обстоятельства.
— Какие смягчающие обстоятельства? — спросил, удивленно подняв брови, Бауэр.
— В его личном деле значится, что он и его жена стали жертвами погрома в Эссене, совершенного группой праворадикальных экстремистов. Озалид получил ожоги второй степени, когда экстремисты забросали бутылками с зажигательной смесью иммигрантское общежитие, куда он с женой пришел в гости. Жена умерла от полученных ранений. Она была беременна. Экстремистов так и не привлекли к ответственности. — Баргель сделал паузу. — Канцлер Долльман был в то время министром внутренних дел и отвечал за федеральную безопасность. Насколько нам известно, Озалид несколько раз в письменном виде обращался к нему и обвинял его в том, что этих экстремистов не нашли и не осудили. Он считал, что Долльман несет за это личную ответственность. Чиновник, на которого Озалид совершил покушение в Бонне, был одним из подчиненных Долльмана.
— О Господи! — выдохнул Бауэр. — А в компьютере ничего не значится о недавнем прошлом Озалида?
— Год назад он покинул Германию и, по нашим данным, в последнее время находился в Стокгольме. Но он мог вернуться в Германию по фальшивому паспорту.
Бауэр немного подумал.
— А вы доверяете этому Фолькманну?
— Да.
— Где он находится в Мюнхене? Мы можем с ним поговорить?
Баргель сокрушенно покачал головой, понимая, что они теряют время. Его лоб взмок.
— Он позвонил мне домой, передал мне эту информацию чрезвычайной важности, а потом повесил трубку. — Баргель сделал паузу. — Но есть еще кое-что, сэр. Об этом тоже сообщил Фолькманн. Меня это очень беспокоит.
Бауэр внимательно смотрел на своего заместителя.
— Что именно?
Баргель глубоко вздохнул.
— По словам Фолькманна, покушение на убийство Долльмана и всех министров — лишь часть плана. Они собираются совершить путч.
— Кто — они? — Кристиан Бауэр был поражен.
Когда Баргель начал ему обо всем рассказывать, Бауэр качал головой и время от времени произносил:
— Господи Иисусе!
Баргель, ни на что не отвлекаясь, рассказал Бауэру о ядерной боеголовке, о ее предполагаемом месторасположении. На мгновение ему показалось, что его начальник вот-вот упадет в обморок. Баргель, чтобы перевести дыхание, сделал глубокий вдох. Лицо Бауэра было белым как мел.
— А где Долльман сейчас? — резко спросил директор Ландесамта.
— У своей любовницы.
— У которой из них?
