Принцесса вспомнила своего князя… Этот шаг, куда бы он не вел, должен будет привести её к нему…
Шаг дался ей тяжело, но она его сделала!
Зажмурившись, но сделала.
С дрожью — но сделала. Прохладная тень махнула над головой ветерком…
Нет, она, конечно, осталась одна, но… Не одна. Она не могла объяснить это.
— Ну вот как-то так! — сказал хазарин и, чтоб ошалевшим слегка девицам стало не так страшно, шагнул за ними следом.
— Давайте-ка все, разом. Чтоб время не терять….
Её новые друзья один за другим входили в тень бестрепетно раздваивались. Глядя на них, и она окончательно осмелела.
Одна за одной из-под камня выходили её двойники или она сама стала двойником этих пригожих девушек. Рядом с каждой преданно заглядывала в глаза подруга. Как это все происходило, она теперь не задумывалась. Колдовство и все тут. А как ковер летает? То-то же…
В конце концов, два Гаврилы несколько раз бросили сквозь камень, скатанный в рулон ковер, четыре хазарина с другой стороны поймали их, и поляна стала похожа на задний двор какого-нибудь персидского купца.
— Замечательно, — глядя на это и искренне радуясь, сказал один из Гаврил. — Теперь, девы, проверьте, как вас новые ковры слушаются….
Анны встрепенулись и, прекратив болтать друг с другом, бросились выбирать себе по ковру. Те не подвели и уже через мгновение они висели в воздухе, закрывая небо.
— Теперь о главном, — сказал Избор, когда радостный шум и визг улеглись. — Всем запомнить. Все мы- самые настоящие, но кто-то один- самый-самый настоящий. И ковер один — тоже самый-самый настоящий. Что бывает, если до заката мы у этого камня не соберемся, вы знаете. Не хотелось бы, чтоб кто-то из нас на не самом-самом настоящем ковре закат в воздухе встретил.
Мужчины закивали, выказывая полное с ним согласие.
Пинский воевода также кивнул удовлетворенно и покосился на девушек, держащейся своей стайкой.
— А вас, принцессы, особенно прошу. Не самовольствуйте. Что мы скажем, то и делайте…
— Мы плохого не посоветуем, — добавил какой-то Исин.
В поприще от первых домиков они снизились. Кто-то с головного ковра замахал шапкой, привлекая внимание к полянке за густыми кустами. Ковры друг за другом снизились и сошлись в кружок, зависнув над травой.
— Я чего думаю, — сказал один из Гаврил. — Нехорошо это как-то. Сейчас мы все туда заявимся и обязательно от того побоище случится.
Он машинально погладил свой кулак.
— И что? — спросила одна из Анн.
— А то, что потом придется в развалинах рыться, труху перетряхивать… Давайте-ка сперва одним ковром туда слетаем, и договориться попробуем. Ну, вдруг получится?
Все девицы разом отрицательно завертели головами, но мужчины внимания на них не обратили, и слушать не стали.
— Давай ты, раз уж предложил, — сказал Исин. — Ну а если что не так пойдет — на помощь зови. Мы подскочим…
…К терему они подлетели не скрываясь. Ковер скользнул меж двух башен и оказался во дворе. Тут же — нескольких мгновений не прошло — и на стене появились лучники. Гаврила с Избором переглянулись. Хорошо тут школят воинов. Уж на что летающий ковер должен показаться диковиной, а смотреть на него принялись через одного — половина смотрела за стену, опасаясь подвоха.
— Князя зовите, — в голос крикнул Избор. — Разговор есть к князю…
…Князь Алчедар пребывал в недоумении.
Утром сегодня к нему пришел… Нет. Прибежал его колдун Елистрей и пообещал такое, от чего у любого другого глаза бы от жадности на лоб полезли. Причем, что удивительно, пообещал, ничего не попросив взамен. Ну не считать же платой за невесту из Императорского дома своё обещание когда-нибудь, если вдруг возникнет в том нужда, помочь колдуну? Только вот цена обещанию оказалась никуда не годной. Обманул, подлец… Хотя не то чтоб совсем обманул… Прилетела принцесса, только толку из этого не вышло- налетели какие-то разбойники и отобрали обещанное… Алчедар как раз раздумывал кого объявить виноватым в неудачном сватовстве — воеводу или колдуна, что насупившись стояли перед ним, как за дверью заорали сразу несколько голосов:
— Князь! Князь! Тут еще какие-то чужие колдуны приперлись. На ковре. Говорить с тобой хотят.
Брови у князя поползли вверх. Два летающих ковра за один день это многовато. Не бывает так. Пока еще не записанный в виноватые его волхв-колдун смотрел с тем же недоумением.
— Наверное, это они же… Не врали твои воины… А коли так, то там среди них и принцесса должна быть…
Он метнулся к двери.
— Бабы там есть?
— Есть! Две штуки.
— Дурень! — облегченно выдохнул колдун. — Кто ж принцесс штуками считает?
Обернувшись, он поймал взгляд князя, подмигнул по-свойски.
— Давай, князюшка, принимай подарки из заморских стран…
…Избор не спеша, чтоб хозяева почувствовали значительность момента, слез на землю и направился к ступеням. Алчедар (скорее всего именно он) стоял на высоком, в десяток ступеней, крыльце. Что он там, в глубине души испытывал, киевлянин не сказал бы, но держался местный хорошо. Стоял спокойно, сдерживая поднятой рукой стражу во дворе.
— Нехорошо, — сказал Избор оглядываясь. — Ладно тут у тебя все устроено, а поступаешь не по чести…
